«Мы захотели создать нечто, выходящее за рамки традиционного обучения»
2026-02-21 10:15 Diff
https://skillbox.ru/media/education/interview-mikhail-shevlyagin/

#Интервью

  • 26 май 2021
  • 0

«Мы захотели создать нечто, выходящее за рамки традиционного обучения»

Обучение — не про боль, а про вовлечённость. Преподаватель Михаил Щевлягин о том, как работает онлайн-магистратура и зачем студентам рефлексировать.

: mundissima /​ shutterstock

В интервью Михаил рассказал:

  • почему будущее за персонализированным и аутентичным образованием;
  • как «перевернуть» обучение в классе и сделать его эффективным;
  • о необходимости развивать не только soft skills, но и transferable skills;
  • какие лайфхаки помогут настроиться на учёбу из дома;
  • чем тьютор отличается от наставника и коуча.

Краткая справка

Михаил Щевлягин — преподаватель и один из руководителей совместной магистерской программы МПГУ и Skillbox «Проектирование образовательного опыта». Преподаёт методику обучения иностранным языкам в МПГУ и увлекается персонализированными моделями обучения.

— С каждым месяцем открывается всё больше курсов для методистов, педагогических дизайнеров и проектировщиков образовательного опыта. Как думаете, откуда такой спрос на профессию?

— С ростом интереса к образованию растёт и число методистов. Люди сегодня стремятся получить как можно больше знаний — для этого им нужны качественные программы и методисты, которые их будут проектировать.

Понимаете, наше образование больше не привязано к возрастной ступени. Теперь учёба — это взгляд через всю жизнь. Человек выпускается из университета, идёт на курсы, затем вновь повышает квалификацию — и так до бесконечности.

— То есть подход lifelong learning — это уже не просто разовый тренд?

— Совершенно верно. Чтобы оставаться на волне, нужно всё время развиваться. Даже остановка на месте — это тот же самый регресс.

— А что для вас «аутентичное образование»? Когда готовилась к интервью, часто натыкалась на это понятие.

— Для меня аутентичное образование схоже с персонализированным: обучение концентрируется на потенциале студента, его индивидуальных особенностях — учитываются слабые и сильные стороны, а также темп освоения информации.

Проблема состоит в том, что из-за нехватки времени преподаватель не может найти индивидуальный подход к каждому. Поэтому персонализация и аутентичность возможны только при подключении цифровых «помощников».

— Что за «цифровые помощники»?

— Платформы персонализированного обучения. Например, в Америке широко используется Summit Learning. На бесплатном сайте есть возможность составить индивидуальную учебную программу для каждого ученика и оказать ему личную поддержку.

Ещё существуют адаптивные платформы: они вмиг считывают ответ ученика и выстраивают траекторию подготовки под лично его цели и задачи. Если студент лучше воспринимает, например, визуальный контент — ему будут показываться схемы, картинки и видео.

— Я знаю, что вы изучали ещё одну новаторскую педагогическую технологию — «перевёрнутый класс». Расскажите, в чём суть этого подхода?

— Модель обучения flipped classroom меняет местами получение новой информации с её отработкой: студенты проходят теоретический материал дома, а в классе закрепляют изученное на примерах и заданиях.

— Прочесть дома десятки страниц теоретического материала не каждому будет под силу…

— Материал не обязательно давать в текстовом формате, можно подготовить видео.

Я проводил эксперимент: записывал для своих студентов десятиминутные видеолекции, они смотрели их дома, выполняли небольшое задание на проверку понимания, а в классе мы отрабатывали теорию на примерах и обсуждали сложные моменты — в итоге материал закреплялся лучше.

Я, в принципе, пропагандирую learning by doing — обучение через действие. Речь преподавателя сотрётся из памяти, а личный опыт — никогда.

Михаил выступает на собрании студентов в МПГУ

— Во многих статьях на тему современного проектирования образования встречается фраза: «Обучение не должно быть болезненным». Как бы вы её расшифровали?

— Я полностью с ней согласен. Время, когда ставили коленями на горох, уже давно прошло. Студенту должно быть приятно и увлекательно учиться и выполнять задания. Только положительный опыт поможет упорядочить знания и синтезировать их.

Например, метод геймификации как раз убивает двух зайцев одним выстрелом: с помощью игровых элементов преподавателю легче объяснять тему и вовлекать студента в процесс.

— Хорошо, а как ещё работать с мотивацией студента? Нужно ли стремиться к балансу внешней и внутренней мотивации?

— Да, идеальный расклад — когда внешняя и внутренняя мотивация работают в сильной связке, но обычно всё-таки одна перевешивает. Преподаватель должен поддерживать студента в любой ситуации.

Если ученик внутренне «горит» темой, покажите ему, как эту мотивацию закрепить и развить, — например, обозначьте долгосрочную цель.

Если на студента воздействуют только внешние мотивы, покажите плюсы, в том числе финансовые, которые он получает от хорошей учёбы. Внешняя мотивация ничуть не уступает внутренней, она тоже может быть стимулирующей.

— На ваш взгляд, какие soft skills необходимы педагогическому дизайнеру?

— Для меня на первом месте стоит креативность в преподавании — умение построить обучение так, чтобы оно было одновременно полезным и увлекательным.

Также будущим педдизайнерам или педагогам необходимы навыки кооперации и коллаборации. Больше не нужно стоять посередине аудитории и вещать весь урок, как радио, иногда лучше отойти в сторону и понаблюдать за работой учеников оттуда.

И, конечно, никуда не деться от цифровой грамотности. Цифровизация — тренд всего общества, а не только сферы образования. И методисты, и студенты должны использовать ресурсы и инструменты интернета эффективно.

— Кстати, в последние годы мода на soft skills растёт с невероятной скоростью. Как считаете, они не переоценены?

— Не думаю: soft skills помогают адаптироваться в новых ситуациях, выходить из зоны комфорта и действовать достойно.

Помимо soft и hard skills, ещё существует понятие transferable skills — это навыки и умения, не зависящие от специальности и полезные в любой сфере. Обычно это набор из мягких и жёстких навыков и личных характеристик человека.

— Способность к рефлексии является одним из таких навыков?

— Безусловно. Рефлексия помогает закрепить в сознании то, что мы пережили и прошли.

Не зря существует модель Колба, например: в ней стадия рефлексии предшествует новому опыту. Когда мы переосмыслим и обдумаем информацию, сможем использовать её для принятия решений и учиться дальше.

Валерия Лозовская / Skillbox

— А как подтолкнуть студента к рефлексии? Ведь это не такой лёгкий процесс.

— Достаточно задать наводящие вопросы: «Как прошёл урок?», «Что показалось трудным?», «Что понравилось?» — и обсудить с ним ответы. Ещё лучше: сформировать привычку задавать эти вопросы и уделять им несколько минут в конце каждого занятия.

— Как вам лично помогает рефлексия в профессии?

— У меня, как и у моих студентов, не всё получается с первого раза. Я понимаю, что даже неудачный опыт — тоже опыт, и стараюсь его осмыслить.

Рефлексия для меня — шаг к совершенствованию. Я ищу и нахожу в своём сознании ниточки, за которые надо потянуть, чтобы улучшить преподавательскую практику и методическую часть. Вроде получается.

Михаил выступает на собрании студентов в МПГУ

— Михаил, вы преподаватель и методист. Как вы пришли в профессию?

— Ещё в десятом классе я точно решил, что стану учителем. Не ошибся: в бакалавриате заинтересовался методической составляющей, любил читать статьи и книги по теме. Выпустившись, сдал международные экзамены по обучению иностранным языкам и продолжил путь педагогического образования уже в магистратуре.

Плавно я перешёл в статус преподавателя, а затем и методиста. Но для меня нет рамок и точных названий: я считаю себя в первую очередь преподавателем, а методист, педдизайнер — это отдельные плюсики, которые идут после.

— Вы работаете в МПГУ, а если точнее: в самом молодом его учебном подразделении — Институте международного образования. В чём его особенности?

— Мы реализуем программы для будущих преподавателей на стыке наук. Например, в бакалавриате наши направления имеют два профиля подготовки: «Английский язык» и «Экономика» или «Английский язык» и «Информационные технологии в образовании», есть и традиционные «Английский язык» и «Французский язык». Такие смежные программы повышают конкурентоспособность будущих выпускников.

— В последний год вузам и школам пришлось несладко: из-за пандемии обучение резко стало дистанционным — пришлось оперативно адаптироваться. Какие плюсы успели найти в удалённом формате?

— Во время локдауна я часто интересовался ощущениями учеников от дистанционного образования. Главным плюсом все называли экономию времени: открываете ноутбук и сразу включаетесь в образовательный процесс — и не нужно долго добираться от дома до университета (в Москве и в пригороде это может занимать до трёх часов!).

Нам, преподавателям, было нетрудно перестроиться: мы и раньше высылали студентам задания в цифровом формате. Всё, что поменялось, — это картинка. До пандемии студенты сидели перед нами за партами, а теперь — перед мониторами своих компьютеров.

— А какие заметили минусы у дистанционного формата?

— Главный минус — большая усталость. Студентам тяжело высидеть четыре пары перед монитором, ни с кем не общаясь и никуда не отходя. Ребята жаловались на трудности восприятия: к концу дня они совсем не усваивали информацию.

Думаю, многие столкнулись с плохой самоорганизацией: тяжело сосредоточиться, когда рядом с рабочим местом есть диван. Кажется — прилягу и послушаю оттуда, что такого? А это очень расслабляет.

— Звучит и правда слишком заманчиво. Как вы помогали своим студентам собраться с силами и не ложиться на диван?

— Во-первых, я всегда просил студентов включать видеокамеру. Не чтобы контролировать, а чтобы поддерживать визуальный контакт. Это помогало! А ещё мы договорились «встречаться» вовремя, как будто на очной паре: если она стоит по расписанию в 10:40 — так и начинаем, опаздывать нельзя.

Но мы со студентами позволяли себе и весёлые моменты: под конец пандемии все так устали видеть друг в друге только кубики на экране, что стали показывать домашних питомцев :)

— В этом году вместе со Skillbox вы запускаете новую дистанционную магистратуру «Проектирование образовательного опыта». Что вдохновило на эту идею?

— Мы захотели создать нечто инновационное, выходящее за рамки традиционного обучения для методистов. Наша программа учитывает тренды цифровизации и при этом ориентирована на обучающегося, на его особенности. Это поможет чувствовать себя комфортно как уже практикующим специалистам, так и новичкам.

— То есть это классическая магистратура с дипломами государственного образца, только в онлайн-формате?

— Да, всё как всегда: лекции, практика, диплом, только пары и экзамены — онлайн.

Будущие студенты магистратуры будут иметь примерно такие же возможности, как и любой другой студент МПГУ. В том числе поехать на стажировку в Китай, Корею, Великобританию или Польшу. Обещают, что такие зарубежные программы в следующем году откроют вновь :)

— А ещё Московский педагогический государственный университет реализует сотрудничество с Лондонским университетом, в котором вы недавно получили сертификат тьютора…

— Да, в этом году я повысил квалификацию и получил сертификат о завершении программы Learning and Teaching in Higher Education в статусе тьютора.

Меня в этом вопросе очень «заряжают» мои коллеги по вузу: они тоже постоянно развивают свои компетенции и участвуют в международных курсах по типу моего. Мы даже на перерывах обсуждаем рабочие кейсы!

— Помогите разобраться с вашей квалификацией. Чем тьютор отличается от наставника и коуча?

— Тьютор — человек, сопровождающий процесс обучения. Он поддерживает интерес ученика и помогает правильно выбрать направление.

Наставник, в свою очередь, выручает в состоянии неопределённости, а коуч раскрывает потенциал личности и направляет её. Коуч — понятие скорее из корпоративного сектора.

— А чем похожи эти специальности?

— И тьютор, и наставник, и коуч пересекаются в студоцентрическом подходе: эти специальности направлены на персональное развитие ученика.

При этом важно уточнить, что тьютор — это некое ответвление от учёных степеней. Стать тьютором — значит повысить свою квалификацию, а сделать это смогут только те, кто уже имеет высшее образование.

— С сентября 2021 года в школах начнут вводить новые квалификации: «учитель-наставник» и «учитель-методист». Как думаете, как это скажется на классическом образовании?

— Мне кажется, это — шаг вперёд. Разделение ролей пойдёт на пользу нашему образованию: на помощь «многофункциональному» учителю придут более узкие специалисты. Всё-таки простой учитель не всегда может поговорить с каждым из тридцати учеников об их трудностях и достижениях.


Курс с трудоустройством: «Профессия Методист с нуля до PRO» Узнать о курсе