Бунтарский характер Гунты Штёльцль
2026-02-21 01:39 Diff
https://skillbox.ru/media/design/gunta-stolzl/

#статьи

  • 10 окт 2022
  • 0

Бунтарский характер Гунты Штёльцль

Рассказываем о первой женщине ― мастере Баухауса, которая не боялась действовать вопреки правилам.

Иллюстрация: Colowgee для Skillbox Media

Из преподавательницы русского языка и литературы — в редакторки. Интересуется дизайном, смотрит сериалы Netflix и любит путешествовать.

Гунта Штёльцль — художница по текстилю — перевернула требования к преподавателям в школе Баухаус, став первой женщиной, занявшей должность мастера. Она сделала ткацкую мастерскую одним из самых успешных отделений школы, её работы представлены в Музее современного искусства в Нью-Йорке и Музее Виктории и Альберта в Лондоне.

Рассказываем:

Фото: Bauhaus-Archiv Berlin / Courtesy of Bloomsbury Publishing

Адельгунде, или Гунта, Штёльцль родилась в 1897 году в Мюнхене в преподавательской семье. После окончания женской гимназии она поступила в Мюнхенскую школу декоративно-прикладного искусства, где изучала роспись по стеклу и керамике и декоративную живопись. В то время это были основные направления в женском образовании в искусстве.

В 1917 году Гунта прервала обучение: записалась добровольцем на курсы медсестёр Красного Креста и прослужила в полевых госпиталях два года, до самого окончания Первой мировой войны.

Уже тогда проявлялся её бунтарский характер. Работая военной медсестрой, она отстаивала права пациентов и даже сумела отстранить от работы одного из врачей, который небрежно обращался с ранеными.

Бунтарство Гунты поддерживалось её прогрессивными родителями, которые доверяли своей дочери. Например, они позволяли ей, увлекающейся альпинизмом, при восхождении ночевать в одной хижине даже с друзьями-мужчинами, хотя в обществе того времени это считалось недопустимым.

После окончания войны Гунта Штёльцль вернулась в Мюнхен и продолжила учёбу в Школе искусств, одновременно участвуя в реформе школьной программы.

Весной 1919 года в Веймере была открыта Высшая школа строительства и художественного конструирования — Баухаус. Её основатель и директор, известный немецкий архитектор Вальтер Гропиус решил объединить изящное и прикладное искусство. Эти принципы он выразил в манифесте Баухауса и учебной программе — они отражали всю современность и прогрессивность заведения и стали важным документом эпохи. Его школа должна была подготовить «новую гильдию мастеров без классовых различий, которые стирают барьер между ремесленником и художником».

Гравюра Лионеля Фейнингера на обложке манифеста и программы Баухауса
Изображение: Bauhaus Kooperation

«Архитекторы, скульпторы, живописцы — все мы должны вернуться к ремеслу. Ибо нет такой профессии — „искусство“. Нет существенного различия между художником и ремесленником. Художник — тот же ремесленник высокого класса».

Вальтер Гропиус

В школе Баухаус не было «учителей и школьников», а были мастера, подмастерья и ученики.

Учебная программа была построена необычным образом и претворяла в жизнь правило «искусству научить нельзя, научить можно только ремеслу». Она состояла из трёх курсов: на подготовительном ученики знакомились с фактурой материалов, цветом и формой. На втором — практическом курсе — работали в производственных мастерских, где самостоятельно делали вещи. Третий курс назывался строительным и предполагал работу на строительных площадках. Историю искусств преподавали как можно позже, чтобы студенты не занимались копированием.

Подготовительный курс вёл Иоханнес Иттен, также в школе преподавали известные архитекторы и художники-авангардисты: Георг Мухе, Василий Кандинский, Пауль Клее, Ласло Мохой-Надь и Оскар Шлеммер.

Согласно манифесту, в школу могли поступить как мужчины, так и женщины: «При наличии свободных мест в Школу принимается любой человек с незапятнанной репутацией, независимо от пола и возраста». Как говорил Вальтер Гропиус, «абсолютное равенство, но и абсолютно равные обязательства».

Гунте понравилась идея равноправия, заявленная в манифесте школы. Осенью 1919 года она стала одной из 84 студенток, поступивших на подготовительный курс — в тот год учениц среди записавшихся было больше половины. Штёльцль вместе с подготовительным курсом Иттена посещала его мастерские по настенной росписи и работе со стеклом. В её дневниках сохранились записи того времени, где она с воодушевлением описывает манеру преподавания и взаимоотношения между мастерами и студентами.

После окончания вводного курса Гунта Штёльцль стала студенткой Баухауса с присуждением полной стипендии.

Несмотря на заявленное в манифесте равенство между мужчинами и женщинами, студенток в Баухаусе допускали не до всех занятий. После обязательного подготовительного курса им предлагали выбрать традиционные для того времени «женские дисциплины» — переплётное дело, керамику или работу с текстилем.

Вальтер Гропиус, говоривший на публике о равноправии, в реальности считал, что женщины «способны думать только в двух измерениях», поэтому не допускал их, например, до изучения архитектуры. Заявлял он это в категоричной форме: «Мы абсолютно против того, чтобы давать им архитектурное образование». У Гунты, как и многих других поступивших женщин, выбор был не очень велик — она остановилась на ткачестве.

Ткацкая мастерская в школе Баухаус в Веймере, 1923 год
Изображение: Bauhaus Kooperation

В школе у каждой мастерской были свой мастер и мастер-ремесленник, отвечающий за техническую сторону процесса. Ткацкую мастерскую возглавил художник и архитектор Георг Мухе, который не разбирался в ткачестве и, главное, не очень хотел вникать в это «женское ремесло». Его ассистенткой стала бывшая учительница домоводства Хелена Бернер, к ткацким станкам она тоже не подходила.

Студенткам приходилось самим разбираться, как работает станок и какие есть технологии ткачества. «Это вызывало у нас, бедных самоучек, немало головной боли, и было пролито много слёз», — вспоминала Гунта Штёльцль. Поэтому со временем она негласно взяла на себя всё техническое руководство мастерской и стала наставницей учениц, постоянно изучая производственные техники и осваивая новые материалы.

Первый гобелен Гунта создала уже через год после поступления на заимствованном ткацком станке. В работе «Коровы в пейзаже» сочетались два вида пряжи: из хлопка и из шерсти с тонким мохером.

«Коровы в пейзаже», 1920 год
Изображение: Gunta Stölzl / Private collection

Примерно в это же время вместе с дизайнером Марселем Бройером они работали над знаменитым «Африканским стулом». Он был сделан из ярко окрашенного дерева, а сиденье и спинка — из плетёного текстиля: Гунта вручную продевала нити в сотни отверстий в каркасе. Это был яркий образец раннего Баухауса, демонстрирующий превосходство ручной работы над машинной. Харизматичность необычного каркаса дополнялась красочными геометрическими узорами на ткани.

«Африканский стул», Марсель Бройер и Гунта Штёльцль
Изображение: Bauhaus Kooperation

В 1923 году Гунта Штёльцль сдала квалификационный экзамен по ткачеству и сделала два ковра, которые впоследствии были проданы на выставке студенческих работ Баухауса.

В работах Штёльцль видно влияние Иоханнеса Иттена, Пауля Клее и Василия Кандинского. Вдохновлённая их уроками, она переносила свои представления о цвете и форме на ткацкий станок и создавала красочные абстрактные настенные ковры и одеяла. По мнению Гунты, ткацкое дело совмещало в себе красоту и функциональность, простоту и сложность. Для неё оно стало смелым воплощением главных принципов Баухауса.

Деталь шестиметрового ковра, сотканного для выставки студенческих работ Баухауса, 1923 год
Изображение: Bauhaus Archiv

В 1925 году школа Баухауса переехала из Веймара в Дессау. В новом здании была большая и хорошо освещённая ткацкая мастерская с новыми станками и собственным красильным цехом.

Студентки потребовали, чтобы их учителем стала Гунта Штёльцль — Георг Мухе, не разбирающийся в ткачестве, ничему не мог их обучить. Так Гунту назначили мастером-ремесленником в ткацкой мастерской в Дессау.

Спустя два года, в 1927 году, Георг Мухе ушёл из Баухауса, и Гунта возглавила ткацкую мастерскую сначала в статусе молодого мастера ― Junger Meister, а потом стала полноправным мастером. На своём студенческом удостоверении она дерзко зачеркнула слово Studierende («Учащаяся»), исправив его на Meister («Мастер»).

Студенческое удостоверение Гунты
Изображение: Wikimedia Commons

Это был первый случай в Баухаусе, когда женщина заняла руководящую должность. Однако отношение к ней было иным, нежели отношение к работе мастеров-мужчин: у неё была более низкая зарплата, она не имела права ни на профессорские должности, ни на пенсию. Гунта со своим бунтарским характером не могла мириться с таким положением дел и пригрозила немедленным увольнением. Но из всех требований добиться ей удалось только повышения оплаты.

Мастера на крыше школы Баухаус в Дессау, 1928 год. Гунта Штёльцль — единственная женщина на фотографии
Фото: wassilykandinsky.ru

Вверенную мастерскую Гунта Штёльцль разделила на учебную и производственную части и изменила учебный план, отойдя таким образом от принципов Вальтера Гропиуса, который в 1928 году покинул школу. В статье «Развитие ткацкой мастерской Баухауса» в 1931 году она объясняла свою программу так: «Начинается чёткое и окончательное различие между двумя областями образования, которые изначально были слиты друг с другом: „разработка функционального текстиля“ для использования в интерьерах и „умозрительные эксперименты“ с материалами, формой и цветом на гобеленах и коврах».

Эскиз настенного панно, 1927 год
Изображение: Victoria and Albert Museum

Считая ткацкую мастерскую лабораторией, Гунта постоянно экспериментировала с новыми техниками и текстилем. Вместе со своими студентками она изучала износостойкость и звукопоглощение материалов, искала решения, которые сочетали бы в себе низкую цену и высокое качество ткани. В мастерской делали шторы, настенные панно, ковры и покрывала. Текстиль в то время нёс в первую очередь утилитарную функцию, поэтому производство в мастерской было направлено на производство серийных вещей.

В 1927–1928 годах Гунта освоила жаккардовую технику, где в одном отрезе нити переплетаются различным образом, — это позволило ей создавать узоры любой степени сложности. Так, например, в настенном панно «Пять хоров» рисунок состоит из взаимосвязанных геометрических фигур, симметрично отражённых на другой половине. Эта работа сохраняет экспрессионистский дух веймарского Баухауса, хотя и сделана в Дессау, где к тому моменту главенствовал функционализм.

Эскиз панно «Пять хоров», 1928
Изображение: Bauhaus Kooperation«Красно-зелёный гобелен», 1927–1928
Изображение: Bauhaus Kooperation

Ещё одна известная работа того времени ― «Красно-зелёный гобелен с прорезями». В нём преобладают красные и зелёные оттенки, которые контрастно поддерживают и уравновешивают композицию. В этом панно, для которого Гунта создала множество эскизов, она ищет способы выражения идеи, запечатлённой в рисунке, методами переплетения ткани, в её фактуре.

В 1928 году Гунта Штёльцль в составе делегации Баухауса посетила ВХУТЕМАС в Москве. В этой поездке она познакомилась с архитектором Арье Шароном ― сионистом из Палестины. Через год Гунта и Арье поженились, у них родилась дочь Яэль. Гунта не хотела бросать работу, поэтому приносила Яэль с собой в мастерскую, где кормила её грудью. Это вызывало недоумение у консервативно настроенных коллег: даже для авангардного Баухауса совмещать работу и материнство было неприемлемо.

В 1930 году Гунта Штёльцль выдала первые дипломы выпускницам ткацкой мастерской и основала совместный проект «Баухауса» и берлинской текстильной компании Polytex Textile ― здесь стали ткать для продажи гобелены с дизайнами студенток.

Работы Гунты Штёльцль и её учениц были невероятно популярны, а ткацкая мастерская стала самым финансово успешным отделением Баухауса.

Дизайн настенного панно ассистентки Гунты — Анни Альберс, 1927 год
Изображение: The Museum of Modern Art

В 1931 году Гунта Штёльцль была вынуждена уволиться из Баухауса и переехать в Швейцарию. Общество, в котором уже царили националистические настроения, не одобряло брак немки и еврея из Палестины: однажды на дверях Гунты даже нарисовали свастику.

Менее чем через два года к власти в Германии придёт Адольф Гитлер и школа Баухаус будет закрыта.

Арье Шарон уехал из Германии в Палестину, а в 1936 году они с Гунтой Штёльцль официально развелись. Шарон стал впоследствии известным израильским архитектором, проектировавшим застройку Тель-Авива.

В Цюрихе вместе с двумя бывшими студентами Баухауса Гертрудой Прейсверк и Генрихом-Отто Хюрлиманном Гунта Штёльцль основала ткацкую мастерскую S-P-H Stoffe, которая просуществовала всего два года и закрылась из-за финансовых трудностей. Однако Штёльцль и Хюрлиманн продолжили свою работу, убрав из названия мастерской инициал Прейсверк ― теперь она называлась S-H Stoffe. Они разрабатывали настенные покрытия и шторы, обивочные ткани. Один из их проектов ― занавесы цюрихских кинотеатров, для которых они разработали инновационные целлофановые ткани.

В 1937 году мастерская S-H Stoffe получила почётный знак отличия на Всемирной выставке в Париже, но в этом же году Хюрлиманн покинул компанию. Гунта открыла собственную студию Handweberei Flora, в которой работала над покрывалами, шторами, обивочной тканью, настенными покрытиями и текстилем для одежды. После почти десятилетнего перерыва она также вернулась к ткачеству гобеленов.

Материал штор для кинотеатров, 1933 год
Изображение: Jack Lenor Larsen / The Museum of Modern ArtТкань для штор для швейцарского чайного павильона в Лионе, 1940-е
Изображение: Jack Lenor Larsen / The Museum of Modern ArtОбразец ткани
Изображение: Jack Lenor Larsen / The Museum of Modern Art

Цюрихский период жизни был сложным: у Гунты не было швейцарского паспорта, поэтому каждый год ей приходилось продлевать вид на жительство и разрешение на работу. Гражданкой Швейцарии Штёльцль стала только через 11 лет после переезда ― в 1942 году, когда вышла замуж за швейцарского журналиста и писателя Вилли Штадлера. Спустя год у них родилась дочь Моника.

Штёльцль стала членом швейцарского отделения Веркбунда ― ассоциации художников и дизайнеров, появившейся в Швейцарии под влиянием немецкого Веркбунда, целью которого было развивать художественные ремёсла и промышленное искусство. Ассоциация устраивала лекции, выставки и ярмарки — на них Гунта активно демонстрировала свои ткани для покрывал, штор и обивки. Она также состояла в Обществе швейцарских женщин-художниц, скульпторов и мастериц.

В 1967 году Гунта Штёльцль закрыла собственную мастерскую, в которой проработала 30 лет, решив посвятить себя только гобеленам и ткачеству по собственным эскизам. В этом же году Музей Виктории и Альберта в Лондоне приобрёл некоторые её произведения для своей коллекции.

Новые гобелены, как и ранние работы Гунты, были наполнены идеями модернизма — разноцветные геометрические узоры сочетались с асимметричными деталями.

«На мой взгляд, она всё время работала. Всегда были все эти новые гобелены!»

Воспоминания внука Гунты Штёльцль

Современные настенные панно были невероятно популярны, их приобретали и швейцарские учреждения, и частные коллекционеры.

Гобелен, 1964 год
Изображение: VG Bild-Kunst, Bonn / Bauhaus-Archiv / Museum für GestaltungГобелен, 1973 год
Изображение: C.G.Jung Institute Seehof Küsnacht-ZH

В 1968 году некоторые работы Гунты Штёльцль были представлены на передвижной выставке «50 лет Баухаусу». Затем было несколько персональных выставок в Швейцарии и одна в Архиве Баухауса в Берлине в 1976 году.

Штёльцль прожила 86 лет и умерла в 1983 году в Цюрихе. Она стала первой женщиной, которая наравне с мужчинами смогла занять руководящую должность мастера в школе Баухауса. Ей удалось изменить отношение общества к ткачеству, показав, что это не просто «женская работа», а настоящее искусство.

Читайте также о женщинах в дизайне:

Попробуйте бесплатно 4 топовые профессии в дизайне
Пройдите бесплатный курс по дизайну. Добавьте 4 крутых кейса в портфолио и решите, в каком направлении развиваться дальше. Пройти курс→