Большие вещи Класа Олденбурга и Кошье ван Брюгген: 4 проекта кроме «Садовой лопатки» у «ГЭС-2»
2026-02-21 20:12 Diff
https://skillbox.ru/media/design/bolshie-veschi-klasa-oldenburga-i-koshe-van-bryuggen-4-proekta-krome-sadovoy-lopatki-u-ges-2/

На Болотной набережной, 15, напротив Дома культуры «ГЭС-2», появилась семиметровая красная садовая лопатка. Так куратор Франческо Бонами продолжил линию, начатую «Большой глиной №4». Он сказал, что если «Глина» была нетронутой первородной материей, то «Лопатка» — это эпоха неолита, когда люди осели и стали окультуривать землю.

Высота скульптуры — более 7 метров, вес — 1043 кг. Москвичам уже нравится: красная, радостная, весёлая.

Лопатка Plantoir из алюминия, армированного пластика и стали выставлялась в саду на крыше музея Метрополитен в Манхэттене с мая по ноябрь 2002 года. Потом её приобрела корпорация Meredith, издатель журнала Better Homes and Gardens, в честь своего 100-летнего юбилея, и установила на своей территории. А потом её купил неизвестный покупатель, и вот садовая лопатка у «ГЭС-2». Кстати, это не единственная лопатка: существуют ещё версии — красные и синие, крупномасштабные и средних размеров.

Клас Олденбург и Кошье ван Брюгген в их студии с Standing Collar with Bow Tie (1992). Архив Courtesy Trunk
Фото: Jesse Frohman / Pace Gallery

Рассказываем, кто такие — эти Олденбург и ван Брюгген. Чем известны и какие ещё большие вещи (а их было много, мы показываем только некоторые!) они сооружали.

Начнём с Кошье. Она получила степень магистра искусствоведения в Рейксуниверситете Гронингена (1942–2009). С 1967 по 1971 год она была помощником куратора живописи и скульптуры в Музее современного искусства (Stedelijk Museum) в Амстердаме.

Там она работала с художниками движения Light and Space Дагом Уилером, Ларри Беллом, а ещё с представителями нидерландского авангарда.

После этого она преподавала историю искусств и современные художественные практики в Академии изящных искусств Энсхеде.

В 1976 году, во время установки первой лопатки Класа Олденбурга Trowel I (1971) в Музее Креллер-Мюллер в Нидерландах, ван Брюгген предложила, чтобы скульптура была ярко-синей, а не серебристой, как изначально задумал художник. Она уже была знакома с этой работой: впервые лопатку показали на выставке Sonsbeek 71, проходившей в разных местах Нидерландов. Олденбург согласился покрасить лопатку, и они стали сотрудничать.

Художники поженились в 1977-м, а в следующем году они уехали из Нидерландов и переехали в дом в Сохо, в Нью-Йорке. В течение следующих лет они работали вместе. Они делали гигантские воланчики, потонувший в газоне огромный велосипед, великанскую иголку с ниткой… Более 40 общих крупномасштабных проектов.

Пол Шиммель, главный куратор Музея современного искусства Лос-Анджелеса, вспоминает: «Когда она пришла в мир художников-практиков, сотрудничая с Класом, у неё уже был свой взгляд на вещи. Он (Клас) был игрив. Он — рисовальщик, всегда начинает с чувственного наброска. Она же смотрела на вещи гораздо более концептуально и системно. Хотя Клас уже был хорошо известен своими публичными скульптурами до их сотрудничества, я думаю, именно благодаря ей и тому, что она привнесла в их партнёрство, им удалось реализовать так много значимых публичных заказов за последние двадцать лет. Она хорошо уравновешивала творческое начало Класа».

Ещё в 1982 году ван Брюгген пригласили войти в отборочный комитет выставки Documenta 7 в Касселе. Там она познакомилась с Фрэнком Гери, подружилась с ним, и вместе с Олденбургом они сделали несколько совместных проектов. Она писала монографии о Брюсе Наумане и Джоне Балдессари. А ещё она писала эссе, курировала выставки, помогала издавать книги. А в 1993 году ван Брюгген получила американское гражданство. С 1996 по 1997 год она занимала должность старшего критика на кафедре скульптуры Школы искусств Йельского университета. И, конечно, она была главным историком творчества Олденбурга. С 1979 по 1991 год она написала пять книг про его творчество, включая совместные проекты.

Tumbling Tacks, 2009
Фото: Claes Oldenburg / Einar Aslaksen / Kistefos Museum

Класу Олденбургу (1929–2022) принадлежит знаменитая фраза: «Я за искусство, которое вертится и расширяется, накапливается, плюётся и капает, и такое же тяжёлое, грубое, резкое, прямолинейное, сладкое и глупое, как сама жизнь». В стремлении наделить свои работы этой «грубой, резкой, прямолинейной, сладкой и глупой жизнью» Олденбург часто обращался к обыденным предметам, но менял масштаб, контекст или материалы.

Он провёл ранние годы в Нью-Йорке и в Осло, где его отец занимал должность шведского вице-консула. В 1936 году семья переехала в Чикаго, где старшего Олденбурга назначили консулом, там Клас и вырос. Младший Олденбург поступил в Йельский университет, где изучал литературу и искусство, а в 1950-м вернулся в Чикаго и стал стажёром-репортёром City News Bureau of Chicago. В 1952 году он решил стать художником, а в следующем году получил американское гражданство.

С 1952 по 1954 год Олденбург с перерывами посещал занятия в Чикагском институте искусств, зарабатывая на жизнь шабашками. Затем около года у него была собственная студия, он делал иллюстрации для журналов и участвовал в нескольких местных выставках.

В 1956 году он переехал в Нью-Йорк и познакомился с несколькими художниками, занимавшимися ранними формами перформанса и хеппенинга: Джорджем Брехтом, Алланом Капроу, Джорджем Сигалом и Робертом Уитманом. В 1959 году он показал серию скульптур в Judson Gallery: там были повседневные предметы, выполненные в смешанной технике (рисунки, коллажи, папье-маше). В конце 1961 года Олденбург временно превратил витрину магазина на Нижнем Ист-Сайде Манхэттена в гибрид студии, галереи и магазина, где продавал работы в виде банальных продуктов и одежды. Работа называлась The Store («Магазин»).

Художник пропитал гипсом муслин на каркасе из проволоки и покрыл получившиеся скульптуры яркой эмалевой краской. Так работы стали почти антропоморфными. Объяснял: «Я никогда не изображаю тела напрямую, а только вещи, с ними связанные, чтобы ощущение телесности передавалось зрителю — буквально или по ассоциации». А в 1962 году был признан художником поп-арта — движение тогда и зародилось.

А ещё он делал в это время «Хэппенинги». Сначала он шил мягкие холщовые скульптуры, а потом пришёл к винилу. Это промышленный материал, которым часто обивали мебель в послевоенной Америке, не твердый и не мягкий. А если набить сшитую из него скульптуру мягкими волокнами, то со временем она провиснет под воздействием гравитации. Так он сделал Giant BLT (Bacon, Lettuce, and Tomato Sandwich) — «Гигантский бутерброд с беконом, салатом и помидором» и Soft Toilet («Мягкий унитаз»).

Giant BLT (Bacon, Lettuce, and Tomato Sandwich), 1963
Фото: Claes Oldenburg / Whitney Museum of American ArtSoft Toilet, 1966
Фото: Claes Oldenburg / Whitney Museum of American Art

В 1965 году Олденбург стал делать рисунки, в которых представлял такие же повседневные предметы в виде больших публичных скульптур. Например, огромный мишка символизировал укор беспечным туристам от бедных жителей Гарлема.

Эскиз монумента Teddy Bear для Центрального парка в Нью-Йорке, 1965
Изображение: Claes Oldenburg / Whitney Museum of American Art

В других остроумных рисунках он предлагает заменить Статую Свободы гигантским вентилятором, а обелиск Вашингтона — огромными ножницами.

Эскиз монумента Scissors in Motion, 1967
Изображение: Claes Oldenburg / Private collection / Oldenburg van Bruggen StudioЭскиз монумента Fan in Place of the Statue of Liberty, остров Бедлоу, 1967
Изображение: Claes Oldenburg / Kunstmuseum Basel / Oldenburg van Bruggen Studio

Сначала это были просто концепции, но он всегда хотел делать большой паблик-арт. Начал в 1969 году — его знаковая работа Lipstick (Ascending) on Caterpillar Tracks была установлена в Йельском университете. Это была студенческая инициатива, а Олденбург не взял за работу денег. Она отражала настроения конца шестидесятых: антивоенные и борьбы за права женщин (только осенью этого года женщин допустили поступать в этот университет).

Клас Олденбург, Lipstick (Ascending) on Caterpillar Tracks, 1969–1974
Фото: vige / Flickr / Yale University / Estate of Claes Oldenburg

Большую часть Large-Scale Projects («Крупномасштабных проектов») Олденбург сделал в соавторстве с Кошье ван Брюгген (с 1976 года до её смерти в 2009-м).

Все работы Олденбурга, от The Store до монументальных инсталляций, объединяет идея: искусство должно быть доступным, а ещё забавным и сюрным. Если сделать вещь огромной, можно ещё яснее ощутить её масштаб, вес, пластику и тактильность. А повседневные объекты превратятся почти в поэзию. Например, так:

В день семидесятилетия Вилли Фельбаума, основателя компании Vitra, его дети подарили ему скульптуру Balancing Tools. Молоток, плоскогубцы и отвёртка напрямую отсылают к ремеслу мебельщика и обивщика — тому, чем занимался Вилли, но в большом масштабе. Именно в студии Класа Олденбурга председатель Vitra Рольф Фельбаум впервые встретился с Фрэнком Гери, и тот построил музей дизайна Vitra пятью годами позже, недалеко от «Балансирующих инструментов».

Фото: Vitra International AG

Скульптурный фонтан Класа Олденбурга и Кошье ван Брюгген установлен в Саду скульптур в Миннеаполисе. Ложка и вишня изготовлены из алюминия на стальных каркасах и покрыты несколькими тщательно отшлифованными слоями эпоксидного состава. В основании черенка ягоды размещены клапаны, из которых вытекает вода, чтобы вишня блестела, а из стебля бьёт тонкая струя, которую Олденбург описывал так: «Это не струйка воды, а дымка. Она должна ловить солнечный свет и время от времени создавать радугу». Зимой скульптура покрывается снегом и становится похожа на мороженое.

Гигантскую ложку Олденбург придумал уже давно. В 1967 году на одном из своих рисунков он сравнил военно-морской пирс в Чикаго с гигантской десертной ложкой, уходящей в озеро Мичиган. В том же году он сделал литографию с ложкой — монументальным мостом, под которым неспешно плывёт флотилия парусников.

​​А вишенка на торте ложке — идея ван Брюгген. Она объясняла, что упорядоченные, симметричные пространства в саду напомнили ей Версаль с его строгими правилами придворного этикета. Так что ложка с вишней — это куртуазное подмигивание комедии нравов и ещё — способ разрядить обстановку.

Фото: The Walker Art Center

На лужайках Художественного музея Нельсона-Аткинса в Канзас-Сити размещены четыре «воланчика». Высотой 5,8 метра, в диаметре — 4,87 метра, каждый из гулливеровских воланов весит 2,5 тонны. Их разместили так, что музей получился сеткой для бадминтона, а газон — стал игровым полем. А воланы как бы упали по обе стороны от «сетки»-музея. Загадочная инсталляция посвящена природе искусства: это игра с неизвестными правилами, и ещё оно иногда попадает в музеи.

Фото: The Nelson-Atkins Museum of Art / Google Arts and CultureИзображение: Estate of Claes Oldenburg / The Nelson-Atkins Museum of Art / Google Arts and Culture

«Здание-бинокль» (Binoculars Building) — это архитектурный комплекс, который спроектировал архитектор Фрэнк Гери в прибрежном городе Венисе в Калифорнии. Он делал его для рекламного агентства Chiat/Day. Сначала он разработал два абсолютно непохожих здания: первый — длинный низкий офисный блок и металлическую усечённую «башню».

Однако они совсем не коннектились друг с другом, и легенда гласит, что Гери взял стоявший неподалёку макет проекта библиотеки и театра 1986 года Олденбурга и ван Брюгген в форме бинокля, и поставил его между своих макетов, чтобы показать, что здесь есть какой-то недостающий элемент. Случайная находка оказалась удачной: ироничное здание как нельзя лучше подошло разудалой рекламе начала девяностых. А в 2011 году здание стали арендовать Google: им бинокль тоже отлично вписался в концепцию продукта.

Фото: Wikimedia Commons

Таймлайн с другими главными большими вещами можно увидеть тут. И посмотреть на сломанную пуговицу, садовый шланг, разбитую чашку с рассыпавшимися яблочными дольками и кожурками, печать, галстук и другие предметы, прекрасные в своей банальности.