«Тьютор — это очень рефлексивный человек непростой судьбы»
2026-02-21 07:31 Diff
https://skillbox.ru/media/education/tyutor-eto-ochen-refleksivnyy-chelovek-neprostoy-sudby/

#Интервью

  • 14 май 2021
  • 0

«Тьютор — это очень рефлексивный человек непростой судьбы»

Интервью с президентом Межрегиональной тьюторской ассоциации о тьюторстве: как профессия появилась в России, в чём её суть и каковы перспективы.

Редактор направления «Образование» в Skillbox Media, журналист, wannabe сценарист и писатель (но в последних двух категориях мало пруфов).

Президент Межрегиональной тьюторской ассоциации, почётный работник общего образования, доктор педагогических наук, профессор. Стояла у истоков тьюторства в России. В сфере образования больше 30 лет.

В интервью мы обсудили:

— Чем занимается Межрегиональная тьюторская ассоциация?

— Это профессиональная ассоциация, главная цель которой — продвигать профессию тьютора. Мы первыми легализовали эту профессию в России, сделали профессиональный стандарт тьютора, разрабатываем различные тьюторские технологии и реализуем тьюторские практики. Сейчас мы занимаемся поддержкой тьюторства по всей стране — обучением и сертифицированием тьюторов, разработкой для них методик и инструментов, а также исследованием профессии, начиная с её появления в России. Создали этический кодекс тьютора, который объединит на уровне ценностей деятельность всех российских тьюторов.

— Когда эта профессия появилась в нашей стране?

— У нас есть отдельная исследовательская программа про скрытые следы тьюторства в истории России. Можно сказать, что, например, дядьки в Царскосельском лицее — это прообразы тьюторов. В царской семье преподавали учителя, у которых тоже можно разглядеть тьюторскую компетентность, — к примеру, Жуковский.

Существует книга, которая на английском языке называется «Тьютор цесаревича» («Tutor to the Tsarevich»), а в русском издании — «Наставник, учитель цесаревича Алексея Романова». В этой книге рассказывается про Чарльза Сиднея Гиббса — одного из наставников цесаревича, выпускника Оксфордского университета. Цесаревич, с которым занимался Гибсон, отказывался учить английский язык — он считал, что если станет императором Российской империи, где все говорят по-русски, то английский ему не нужен. И Чарльз Гибсон как тьютор обсуждал с ним эту ситуацию, сопровождал его индивидуальную образовательную программу.

Историческая справка:

  • Тьютор (от англ. tutor) означает «домашний учитель, репетитор, школьный наставник, опекун».
  • Тьюторство как одна из институционализированных форм наставничества возникло в первых британских университетах: Оксфорде (XII в.) и Кембридже (XIII в.).
  • В дореволюционной России в связи с немецкой моделью университетского образования тьюторство нашло применение только в домашнем обучении.

Источник данных: thetutor.ru

— В советское время тьюторства, конечно, не было?

— Официально, конечно, не было, но в практике тьюторские прецеденты были! Например, основатели Физико-технологического института (МФТИ) в своё время проходили стажировку в Кембридже, а этот университет ввёл тьюторскую модель. Вернувшись в Россию, они воссоздали тьюторскую модель в своём университете. Естественно, само слово «тьютор» не использовалось, но фактически МФТИ работал по тьюторской модели.

— Как вы пришли в тьюторство?

— Моя бабушка была учительницей, и я продолжила семейную традицию. В 1991 году мы с группой молодых учителей создали первую частную школу в Академгородке Томска. Я стала её директором и параллельно училась в Школе культурной политики у Петра Щедровицкого, где мы, в частности, разрабатывали саму тьюторскую модель. В частной школе мы были достаточно свободны и поэтому смогли организовать там тьюторскую практику. Это было 30 лет назад.

— И тогда же вы стали развивать сообщество тьюторов?

— Да, с 1996 года мы в Томске стали проводить ежегодные конференции по тьюторству, на которые съезжались педагоги со всей страны. Для нас не имело значения, называли они себя тьюторами или нет: это могли быть гувернёры, классные руководители, кто угодно — важно, какая у них была реальная педагогическая практика.

Мы обсуждали, что представляет собой тьюторство как антропопрактическая деятельность, так как уже тогда мы стали понимать, что антропопрактика шире, чем просто образование, — это практика по развитию человека.

Затем в течение десяти лет мы разрабатывали содержание тьюторства. У нас появилось много новых методик, технологий, способов тьюторской работы, мы начали выходить на различные специализации. Как минимум на специализации по предметности, по возрасту (когда тьютор помогает в разных предметах, но работает с подопечными — то есть тьюторантами — определённого возраста), по разным целевым группам (то, что сейчас называют тьюторством в инклюзии, тьюторством с одарёнными детьми, тьюторством в семейном образовании, тьюторством в «серебряном» возрасте и так далее).

Постепенно стало ясно, что если мы хотим, чтобы тьюторство официально считалось профессией со всеми вытекающими последствиями — трудовой книжкой, правом на пенсию, выслугой лет, возможностью работать в госструктурах, стандартами и этикой работы, — то надо создавать ассоциацию. Так в 2007 году была учреждена наша ассоциация.

Я, надо сказать честно, вначале этому сопротивлялась, потому что мне казалось, что работа ассоциации будет отнимать очень много сил от самой практической тьюторской работы, и это оказалось правдой. Но без этого мы оставались бы просто клубом или некой лабораторией, которая исследует тьюторство, а чтобы делать большой проект в масштабах страны, развивать профессию, должна быть какая-то институциональная структура.

— Чем ассоциация занялась в первую очередь?

— Первое, что надо было сделать, — создать профстандарт тьютора. Мы занимались этим на общественных началах, то есть совершенно бесплатно и по собственной инициативе. Но мы понимали, что если не разработаем профстандарт сами, то потом официальные методические службы могут сделать нам такой профстандарт, по которому будет очень сложно работать. Поэтому надо делать самим. Мы успели сделать стандарт, который был утверждён, и тьюторство в России стало официальной профессией. В этом году мы получили уже третий президентский грант на развитие тьюторской профессии. К сожалению, наши друзья-коучи пока не создали свой профстандарт и коучинг для государства остаётся занятием, но не профессией.

Вывод из этого можно сделать такой: профессия не создаётся только на уровне содержания. Чтобы продвигать профессию, очень важно административно и организационно её закрепить.

— Сложно было закрепить совершенно новое понятие в сфере российского образования — тьюторинг?

— Я помню мои первые споры с Эдуардом Дмитриевичем Днепровым, который говорил: «Страна не любит иностранные слова — ваучеры, риелторы, — тут ты ещё с тьюторами! Придумайте лучше русское слово». Я отвечала: «Какое русское слово я могу придумать? Дядьки? Я не могу назвать этих людей дядьками и тётками!» А какое русское слово можно было использовать? Слово «наставник» не подходило, потому что в то время наставник — это был пионервожатый в галстуке, который «прикреплял» класс к какому-нибудь заводу или другим рабочим местам.

Сейчас, конечно, можно было бы сказать «наставник», но «наставник» — более широкое понятие, а «тьютор» — это уже конкретная профессия. Это как в спорте — есть любительский спорт, а есть профессиональный.

— Но, по сути, тьютор — именно наставник и есть?

— Тьютор — это такой особый профессиональный наставник в области самообразования. Причём он наставляет не так, как это делают, например, мастера в профтехобразовании. Мастера наставляют в конкретных технологиях — как пилить, как рубить и так далее, а тьютор наставляет именно в самообразовании, помогает человеку начать строить свою индивидуальную образовательную программу.

— В профстандарте написано, что тьютор — это педагог, который сопровождает индивидуальный учебный маршрут, но сам профстандарт относится к группе не учительских, а воспитательных профессий. Почему?

— Профстандарт отдельной профессии в нашей стране не утверждают, значит, нужно было выбирать группу, к которой относится наша профессия. В «учительскую» группу мы не пошли — иначе тьюторы всё время считались бы помощниками учителей. Мы пошли в группу «воспитательных» стандартов, так как там в обосновании целей было написано, что воспитание — это передача ценностей и развитие личности, а понятие развития личности нам было очень близко.

— Чем ещё занимается Ассоциация?

— У нас в Тьюторской ассоциации были разные периоды. Был период идеологический, когда мы всем рассказывали о том, чем индивидуальный подход отличается от индивидуализации, чем тьютор отличается от учителя и коуча и так далее, и писали много статей.

Потом начался период освоения тьюторских технологий. Мы стали создавать региональные отделения и повышать квалификацию педагогов за счёт формирования у них тьюторских компетенций. У нас на сегодняшний день 12 региональных отделений, которые имеют право проводить повышение квалификации. Плюс к этому у нас есть восемь магистратур в разных вузах страны — теперь можно в разных местах получить образование тьютора.

Ещё мы сертифицируем тьюторов, которые получали образование или в наших региональных отделениях, или в других местах. Мы принципиально делаем это бесплатно, чтобы сохранить независимую экспертную позицию. У нас на сайте есть список сертифицированных тьюторов. Это очень важно, так как назвать себя тьютором может кто угодно, а вот знаком ли этот тьютор с профстандартом и этическим кодексом тьютора — большой вопрос.

— Вы упомянули, что ассоциация много занималась методиками, технологиями тьюторской работы. Но тьюторство зародилось в Англии. Значит, тьюторские методики в основном — западные?

— Как раз наоборот! Когда я впервые собралась ехать с докладом про тьюторство на международную конференцию, мои друзья из Министерства образования говорили: «Что ты поедешь смешить народ? У них с XII века тьюторство». Я отвечала: «Ничего, а я буду рассказывать, как развивается тьюторство у нас».

Через несколько лет в одной из наших ежегодных тьюторских конференций участвовали англичане. Я спросила: «Что вам в наших тьюторских конференциях интересно? Вы же это всё уже придумали давно». Они сказали: «Татьяна, у нас всё это начиналось в XII веке, а сейчас просто воспроизводится традиция, уже никакого развития, к сожалению, нет. Нам очень интересно наблюдать, как это у вас сейчас всё так живо происходит».

Совсем недавно, например, я получила из Сингапура приглашение на пленарный доклад — просят рассказать о том, как работает тьюторская практика в России.

Мы, российские тьюторы, действительно поначалу многого не знали. Как говорят на Западе, если занимаешься интеллектуальной гуманитарной деятельностью, то ты должен уметь читать как минимум на трёх языках — английском, немецком и французском. Но мы на иностранных языках не читали, к сожалению, и многое придумывали сами. Что-то, конечно, оказывалось «велосипедом», это понятно, но что-то совсем новое тоже было.

У нас, например, есть своё ноу-хау, которое я уже четыре раза на Западе представляла, — это личностно-ресурсное картирование как один из форматов работы современного тьютора. Мы про этот особый способ тьюторской работы написали книгу, в которой проанализировали особенности работы с личностно-ресурсным картированием в дошкольном возрасте, в школе, со взрослыми и так далее.

— Зачем понадобился этический кодекс тьютора?

— В какой-то момент мы поняли, что профессия не охватывается только технологией и профстандартом. Ты можешь быть технологически очень развит, а ценностно — нет. Было несколько прецедентов, после которых стало ясно, что мы должны этически закрепить определённые принципиальные положения. Например, была очень некрасивая ситуация, когда тьютор начала работать с тьюторантом, но не закончила свою работу, а деньги родителям не вернула. Или когда тьютор для технической поддержки во время работы в онлайне пригласила помощников, но с родителем тьюторанта это не обсудила, а родитель не захотел рассказывать про своего ребёнка при посторонних людях. Вот такие ситуации мы и захотели в будущем предупредить за счёт введения этического кодекса.

— Этот кодекс принят раз и навсегда, или он всё время дополняется?

— Понятно, что сразу всё учесть невозможно. Этический кодекс — это примерно как клятва Гиппократа в медицине, но постоянно усложняющаяся. Ничто не мешает нам каждый год дополнять и редактировать его.

— Можете на конкретных примерах пояснить, в чём заключается этика тьюторства?

— Например, очень важно, чтобы до начала работы тьютор согласовал ожидания как с родителями, так и с самим ребёнком. Если у ребёнка есть свои замыслы, которые расходятся с желаниями родителя, то тьютор проводит ряд переговоров, но если согласия достигнуть не получается, то тьютор не начинает работать.

Тьютор должен честно сопровождать интересы тьюторанта, даже если это маленький ребёнок. А если родители не поддерживают интересы ребёнка, то работа тьютора просто обессмысливается. Ведь тьютор приходит и уходит, а ребёнку с родителями жить.

— А если тьютор — сотрудник школы или вуза, то чьими интересами он руководствуется?

— Если тьютор работает в рамках институциональной структуры (детского сада, школы, вуза и так далее), то тогда необходимо согласование с родителем как представителем ребёнка, с самим ребёнком, администрацией школы или, например, классным руководителем.

Тьютор, работающий в школе, должен понимать, хочет ли родитель, чтобы у его ребёнка была такая услуга, потому что тьютор всё время работает на усиление позиции ребёнка, а это может усугубить конфликтную ситуацию, если она есть в семье.

— Что конкретно делает тьютор, чтобы усиливать позицию ребёнка?

— Он помогает создать такую среду, в которой можно было бы увидеть интересы ребёнка, и дальше помогает их представить во взрослом мире. Ребёнок ещё понятия не имеет, какие существуют науки и университеты, — он, может быть, жуками интересуется или камнями, но не знает, что есть энтомология или геология. Задача тьютора — раскрыть, поддержать и усилить его интерес. Как именно это сделать — каждый раз конкретная тьюторская работа. Для этого существует множество методик, в каждом конкретном случае она будет своя.

— Чем тьютор отличается от коуча?

— Первое отличие: для коуча рабочий инструмент — цель. Если у человека нет цели, то, как правило, коуч работать с ним не будет. А для тьютора, поскольку у него образовательная практика, цели — слишком жёсткая категория, мы с ними практически и не работаем. Ребёнок, например, в три года не скажет, какая у него цель, а если даже скажет, что хочет быть пожарным, понятно, что нельзя к этому относиться как к серьёзной цели.

Поэтому тьютор работает с приоритетами, спонтанными интересами, с активностью. Отсюда второе отличие: коучи в основном работают со взрослыми, а тьюторы — с людьми любого возраста, начиная с трёх лет.

Наконец, третье отличие. Когда коуч говорит, что его цель — успех, это значит, он работает в социальной действительности, потому что успех — социальное действие, это то, как человека оценивает социум. А тьютор работает в образовательной действительности и опирается на другие категории — самообразование, индивидуальную образовательную программу. Это не значит, что мы не хотим, чтобы наши тьюторанты были успешными. Но для нас не так важна сама успешность — для нас важно, чтобы человек понимал свои приоритеты, видел свои образовательные шаги, ресурсы и мог выстраивать собственную образовательную программу.

Например, ребята, которые учатся сегодня в двух магистратурах одновременно, понимают, что хотят изучить параллельно оба профессиональных направления, а дальше сами «связать» их. Они, скорее всего, будут в итоге успешны, потому что у них больше компетенций. Но мы работаем не с их успешностью на рынке, а с их образовательной программой.

— Какой карьерный трек возможен у тьюторов?

— Есть много вариантов. Один из трендов — индивидуальное продвижение тьюторской практики. Начинающий тьютор может ездить на конференции, в летние университеты и на тьюторский сейшн (это проходит примерно как джаз-сейшн, где собираются музыканты и играют, только у нас собираются тьюторы и совместно работают). Как специалист тьютор растёт, потому что на конференциях слушает умных опытных людей, концептуально продвигается и сам делает доклады. На тьюторском сейшне можно реально поучаствовать в тьюторском сопровождении, а потом обсудить работу с коллегами.

В летнем университете мы постоянно устраиваем жаркие дискуссии по самым острым проблемам тьюторства. В какой-то момент, когда своя практика уже оформилась, можно книгу по тьюторству написать, например. Сегодня ты книжку написал, завтра технологию придумал, послезавтра практику защитил. Сейчас есть много путей профессионального тьюторского развития.

— Как стать тьютором?

— Можно начать с профессионального образования, выучиться на тьютора в магистратуре, можно пройти курсы повышения квалификации или переподготовки. Можно вступить в Тьюторскую ассоциацию. У нас всё максимально открыто — знакомишься с профстандартом, подписываешь этический кодекс, платишь организационный взнос и становишься членом Ассоциации.

— Обязательно ли у тьютора должно быть базовое педагогическое образование?

— Нет, даже для поступления в тьюторскую магистратуру это на сегодняшний день необязательно. Базовое образование у тьютора может быть любым, нет никаких ограничений. Например, одна из ведущих наших тьюторов Лада Лазарева, которая сейчас руководит тьюторским центром дошкольного образования, изучала в МАИ теоретические основы авиационного крыла. Придя к нам, она окончила магистратуру и сейчас очень успешно работает тьютором.

Учителям в чём-то даже сложнее стать тьюторами. Когда мы делали первый набор тьюторов для нашей частной школы «Эврика — развитие» в Академгородке Томска, некоторым педагогам пришлось отказывать, так как очень трудно сменить учительскую позицию на тьюторскую.

Вот учитель входит в класс и говорит: «Так, тема урока — глагол», хотя у него никто про глаголы не спрашивал, не интересовался, зачем они нужны. Учитель всё время отвечает на какие-то вопросы, которые ни он сам, ни ученики ему не задавали, — просто потому, что учебная программа уже задала готовые ответы. А тьютор, наоборот, всё время задаёт вопросы тьюторанту, избегает готовых ответов.

— В основном люди какого возраста идут в тьюторы?

— Если говорить о нашей магистратуре в МГПУ, то в этом году у нас на курсе средний возраст — 47 лет. В этом смысле мы наконец «доросли» до западного варианта. Первые годы в нашей тьюторской магистратуре учились в основном «мальчики» и «девочки», которые поступали к нам сразу после окончания бакалавриата.

В европейских странах тьютор — возрастная профессия. В Оксфорде, Кембридже тьюторам, как правило, за 50. В первую очередь потому, что это ответственная работа, для неё надо уже иметь за плечами жизненный опыт.

В этом году к нам пришло много людей, которые окончили МГУ: психологический факультет, социологический, культурологический. Одна из пришедших — музыкант по первой профессии. Всем в основном за 40. Они осознанно хотят получать профессию тьютора. Я считаю, что это очень важно.

— Тьютор — какой он человек?

— Когда в первые годы существования Ассоциации нас часто спрашивали: «Кто такой тьютор?», мы отвечали: «Это очень рефлексивный человек непростой судьбы». Если у тебя самого судьба была непростая, ты менял что-то, от чего-то отказывался и что-то выбирал, а потом это глубоко анализировал, то ты рефлексивный человек и можешь стать тьютором, потому что ты можешь многое в сопровождении тьюторанта со своим опытом связывать.

— Сколько в среднем стоит работа тьютора?

— Пока тьюторы ориентируется на стоимость услуг репетиторов в своём регионе. Например, московская услуга репетитора — от одной до трёх тысяч рублей в час, и московские тьюторы тоже работают по таким же расценкам. Правда, сейчас, поскольку тьюторы вышли на онлайн-рынок, региональные расценки не всегда показательны. И мы специально решили в этом году посвятить этой теме Летний университет тьюторства (ЛУТ-2021), который пройдёт в Удмуртии. Будем как раз разбираться с этим вопросом. Если вас это интересует, можете присоединяться и регистрироваться. На сайте Ассоциации уже висит информационное письмо.

— Тьюторы сейчас чаще работают на фрилансе или всё-таки при школах и вузах?

— У нас в стране сейчас, как вы сами видите, расцвет частного образования. Сильные педагоги, которые мыслят инновационно, стараются уйти в основном в частные школы или в отдельные очень свободные государственные. Так же и с тьюторами. Если взять «Хорошколу», «Новую школу», «Новую гуманитарную школу», «Летово» — там везде есть тьюторские группы.

За эти 11 лет у нас 165 выпускников. Многие из них работают в образовательных организациях, но часть ребят из каждого выпуска уходит в свободное плавание, на фриланс.

— А как обстоят дела с тьюторством в государственных школах?

— Тьюторство в основном существует в инновационных государственных школах. В госшколах вообще сейчас ситуация колоссальной растерянности. Раньше там многое держалось на формирующей позиции учителя: «Ребята, смотрим все на меня, не отвлекаемся!» Но одно дело — говорить это в классе, и совсем другое — на дистанционном онлайн-занятии. Если детям на онлайн-уроке неинтересно, они просто выключают компьютеры и потом говорят: «Ой, у нас что-то с электричеством случилось». Так что эпидемия COVID-19 ввела многих учителей в состояние растерянности. Поэтому во многих госшколах сейчас, наконец, заговорили о тьюторстве как о возможном ресурсе в современном образовании.

— Как, на ваш взгляд, дальше будет развиваться тьюторство в России?

— На мой взгляд, в каждую эпоху какая-то педагогическая позиция становится базовой, ведущей. Сейчас только ленивый не говорит о том, что мы оказались в эпохе перемен. Что это значит? На философском уровне это называют «парадигмальным сдвигом», когда одна картина мира заменяется другой. Мы все это видим.

В такой период каждому человеку становится очень важно понять и укрепить свой личный интерес. Независимо от того, в какой стране вы и ваш ребёнок завтра будете жить, какие профессии умрут, а какие появятся, нужно понять свой собственный интерес, что лично вам нравится и интересно делать. В сопровождении этого интереса, помощи в его углублении и выходе на образовательную программу и заключается работа тьютора.

Поэтому мне кажется, что в сфере образования освоение тьюторской позиции — то есть помощи человека человеку в развитии личности, индивидуальности через работу с собственным интересом и самообразованием — становится сегодня ключевым мировым трендом. И неважно, будете ли вы при этом называться тьютором, учителем или руководителем кружка, обладающим тьюторской компетентностью.

Курс с трудоустройством: «Профессия Методист с нуля до PRO» Узнать о курсе