Собственничество — что это за чувство и нужно ли с ним бороться
2026-02-21 18:37 Diff
https://skillbox.ru/media/growth/ownership/

#статьи

  • 29 мар 2024
  • 0

Собственничество — что это за чувство и нужно ли с ним бороться

Спойлер: всё не так однозначно.

Фото: William Gottlieb / Corbis / Getty Images

Написала диплом о психологии Цветаевой в 2018 году и с тех пор не расстаётся с темой ментального здоровья. Борется с тревожным расстройством, воспитывает дочь, регулярно переводит семью на ЗОЖ и смотрит аниме в перерывах.

Из этой статьи вы узнаете:

Квалифицированный когнитивно-поведенческий психолог, автор телеграм-канала psy.bird.

Мы завели телеграм-канал «Ты как?». Будем в удобном формате рассказывать о саморазвитии, психологии и о том, как эффективно учиться и строить карьеру в любом возрасте. Подписывайтесь!

В психологии собственничество — это чувство, которое базируется на ощущении «это моё» или «это наше».

Британский исследователь Ата Ями с коллегами отмечает, что чувство собственности может проявляться по отношению к вещам (машине, любимому креслу, кабинету, коврику у кровати), питомцам, людям (друзьям, партнёрам, родственникам) и нематериальным объектам (идеям, видеоиграм, песням, рабочим организациям).

Именно собственничество заставляет нас раздражённо дёргать ногой, когда в кругу общих друзей кто-то рассказывает о сериале, который мы считали своей находкой. И всё то же чувство шепчет, чтобы мы не доверяли новому знакомому, который посягнул на наше любимое место за столом или на диване.

Изображение: «Теория Большого взрова» / Warner Bros. Television / Skillbox Media

Кажется, что собственничество сегодня не в моде. Впрочем, многие религии (например, буддизм) веками придерживались идеи об отказе от этого чувства. Те, кто разделяет стремление к освобождению от «материальных оков» и «земных привязанностей», считают, что желание обладать чем-либо и кем-либо ограничивает мышление и поведение, провоцирует жадность и ревность и мешает развиваться.

К сожалению, иногда так и происходит, но демонизировать чувство собственничества не стоит: в нём есть и положительные стороны.

В частности, защищают собственничество постдокторант Хелен Кэмпбелл Пикфорд и её коллеги Женевьева Джой и Кейт Ролл. Исследовательское трио полагает, что чувство собственности тесно связано с желанием кому-то или чему-то принадлежать и эту связку можно использовать при формировании корпоративной культуры.

По мнению Пикфорд и её соратниц, человеку важно чувствовать себя частью чего-то большего. И собственнические ощущения типа «это моя компания», «это мой коллектив», «это мой офис» дают нам заветное ощущение сопричастности и мотивируют работать эффективнее. А ещё психологическое собственничество помогает людям быстрее адаптироваться к новому коллективу и обязанностям и повышает личную ответственность каждого за результат.

Одну из причин мы уже выявили: порой собственничество рождается там, где есть незакрытая потребность в принадлежности, и помогает человеку ощутить свою причастность к чему- или кому-либо. Подобный сценарий может развернуться не только в отношениях «человек — коллектив», но и в парадигме «человек — человек».

Ощущение принадлежности к чему-то большему дарит нам чувство безопасности: раз я не один, мне будет проще выжить, что бы ни случилось. То же происходит в отношениях: когда мы думаем, что принадлежим кому-то или кто-то принадлежит нам, создаётся убеждение, будто жизнь под контролем и опасаться нечего.

«Чтобы яснее увидеть, как появляется собственничество по отношению к человеку, обсудим сначала, как формируется отношение человека к предмету. Например, ваш смартфон — бессменный спутник, хранитель тайн и незаменимая вещь, от которой зависит очень многое в жизни. Благодаря смартфону мы находимся на связи с близкими, ведём дела, быстро добираемся из точки А в точку Б. Постепенно удобство карманного друга и привычка проводить с ним много времени вызывает эмоциональную связь и привязанность: это мой телефон».

Софья Севастьянова

Нам тревожно, когда его трогают посторонние, нам нравится, когда он выделяется среди своих техносородичей. Нам также мучительно менять и выкидывать смартфон, ведь он часть нас, часть нашей жизни. Нам хочется, чтобы то, что нам помогает, делает нашу жизнь приятнее и легче, было с нами всегда, — так и формируется чувство собственничества.

Оно может перерастать в стратегию выживания: всё моё (или наше) должно быть рядом и дарить чувство стабильности и безопасности, и я буду это «моё» защищать и оберегать от других. Порой человек вообще не знает, как определить свои границы и вести себя в мире, где есть и «чужое». Тогда собственничество переползает с материальных вещей на людей и человек воспринимает близких как собственность, у которой, как у смартфона, нет права уйти или выбрать кого-то другого.

Представим, что телефон начинает тормозить, когда вздумается, не хочет звонить или в какой-то момент просто исчезает из кармана по воле случайности или чьих-то ловких рук. Если мы сильно зависим от телефона и его функций, подобное станет сильным ударом по привычному образу жизни. То же самое происходит, когда человек сильно зависит от партнёра, мамы, ребёнка или друга. Эмоциональное состояние зависимого напрямую связывается с доступностью другого человека.

Раз он не отвечает на СМС, значит, не любит меня, значит, я несчастлив — и такая цепочка реакций активируется по малейшим поводам, порой по десять раз за день. Любые попытки близкого жить своей жизнью, не связанной с зависимым, последним воспринимаются как угроза своему счастью. С телефоном просто: его можно заменить или починить; но с человеком всё сложнее.

Обычно собственничество — это стратегия защиты себя и своей картины мира. Раз это моё, значит, у меня есть право этим распоряжаться, чего-то ждать и требовать. Опять же, в случае с вещами — так и есть. Вы покупаете телефон, чтобы он вам служил. Но прав на другого человека, его чувства, время и жизнь никто иметь не может. Иногда люди эти права предъявляют — потому что по-другому жить, любить и строить отношения просто не умеют.

«Причины такого поведения могут крыться в детстве. Например, собственниками в отношениях часто становятся взрослые, которых детьми часто оставляли одних дома. Нехватка заботы и поддержки от родителей в таких ситуациях может компенсироваться чрезмерной привязанностью к вещам и своей территории. А ещё постоянный образ закрывающейся двери создаёт стойкую сцепку „когда близкие уходят, мне больно, не хочу, чтобы от меня уходили“. Не зная, как научиться справляться с трудностями самостоятельно, и не видя примеров здоровой привязанности, ребёнок учится обладать вещами, которые больно не делают, и позже стремится также обладать временем и эмоциями других людей».

Софья Севастьянова

Вообще причин собственничества может быть множество, но чаще всего они обнаруживаются именно в детстве или в подростковом возрасте, где человек не смог обрести других стратегий для того, чтобы чувствовать себя безопасно с людьми. Нередко причиной может быть взросление в большой семье, где у детей нет личного пространства и своих вещей или своего окружения.

А ещё собственническое отношение к другим порой напрямую передаётся ребёнку от родителей, которые проявляли любовь только подобным образом: контролировали передвижения, вечно чего-то требовали, мучили постоянными «ты должен», ревновали к друзьям и всему миру вокруг. По отношению к подростку и даже младшему школьнику такое поведение — не норма.

Заботиться — не значит контролировать, а любить — не значит владеть. Дети ничего не должны своим родителям, и манипулировать, взывая к чувству вины и благодарности за «Я столько для тебя сделал! Лучшие годы ушли на твоё воспитание!», — как минимум нечестно.

Но до определённого возраста собственничество по отношению к детям — вполне объяснимое и допустимое явление.

«Рождение и первый год жизни ребёнка — максимально тревожный и бесконтрольный период. Могу предположить, что для родителей, которые сталкиваются с недосыпом, страхами за жизнь и здоровье малыша, повышенной ответственностью за жизнь другого человека, уход в собственничество можно назвать защитным механизмом. Когда ты проводишь большую часть времени с ребёнком, думая только о его питании, сне и здоровье, происходит своего рода слияние, что, в общем-то, свойственно людям и является нормой».

Софья Севастьянова

Но если вовремя не пройти кризис (например, кризис трёх лет), не научиться сепарироваться от ребёнка и не научить ребёнка сепарироваться от родителя, могут возникнуть проблемы с собственничеством и созависимостью.

Совет: не забывайте о своих потребностях и своей жизни отдельно от ребёнка, узнавайте больше о возрастной психологии.

Это значит относиться к партнёру как к своей вещи и жить в иллюзии, будто партнёр вам должен то, на что он не соглашался. «Быть собственником» также означает впадать в зависимость от другого человека.

«За чувством собственничества к другому человеку чаще всего кроется потребность в безопасности, защищённости и принятии. Близкий при этом воспринимается как собственность, предмет, что-то без своей воли и желаний. В итоге у собственников в отношениях часто проявляются гиперконтроль, манипуляции и агрессия — и всё это способы почувствовать себя лучше, находясь в зависимости от другого».

Софья Севастьянова

Когда мы пытаемся решать свои проблемы, перенося их на другого человека (это и есть зависимость собственника от партнёра), то на самом деле проблемы не решаются. Собственник не чувствует себя в безопасности, поэтому убеждает себя в том, что контролирует жизнь другого человека и является единственным приоритетом в чужой жизни.

Но даже если партнёр будет послушным, собственник не начнёт чувствовать себя безопаснее. Партнёр будет случайно или осознанно показывать, что у него есть независимые эмоции и личная жизнь, в ответ у собственника будут накапливаться эмоции, тревога и страх. А затем они выплеснутся либо на партнёра, либо на самого себя.

Качество отношений будет ухудшаться с каждым повторением подобных ситуаций, а доверие так и не начнёт расти. В результате произойдёт либо разрушение личности другого человека (который будет стараться делать всё, чтобы не расстраивать партнёра, и в итоге растворится в нём), либо разрушением самого собственника, который начнёт гасить свои эмоции алкоголем, веществами, трудоголизмом или чем-то другим. Итог — две разрушенные жизни. Но это только в случае, если над собственничеством не работают, партнёры не учатся доверять друг другу, отстаивать границы, развиваться вместе и, самое главное, разговаривать.

Важно помнить, что собственничество не приговор. Для детей «базовая» комплектация этой стратегии необходима, чтобы научиться отстаивать личное пространство, вещи и мнение, в бизнесе собственничество помогает следовать амбициям и пути самореализации, и даже в отношениях эта стратегия может быть если не выигрышной, то хотя бы относительно безвредной.

Если партнёры умеют проговаривать друг другу свои страхи и тревоги, если могут определить свои границы и найти компромисс в допустимом поведении с каждой стороны, у пары, в которой один из людей — собственник, есть шанс на хеппи-энд. Особенно если подключить к работе над собой и над отношениями психолога, который поможет определить механизмы, лежащие в основе собственнического поведения (это может быть, например, чёрно-белое мышление или катастрофизация).

«Если у человека не было примера более бережного отношения к людям, научиться контактировать по-другому непросто. Решается эта проблема комплексно: сначала приобретаются навыки самоподдержки, навык рациональных ответов, затем детально разбираются плюсы и минусы стратегии собственничества (а плюсы есть, иначе собственник и не занимался бы подобным)».

Софья Севастьянова

В итоге человек постепенно учится строить отношения иначе и приобретает другую стратегию поведения, в которой будут привычные плюсы собственничества, но достигнутые более безопасными способами. Например, в рамках строгого разделения обязанностей в отношениях. Перемены в любых стратегиях поведения — это длительный процесс, который не сработает, если человеку просто сотню раз скажут: «Не надо так делать».

В отношениях ревность рождается из неуверенности в себе. Собственничество — из иллюзии, будто другой человек — ваша вещь. Ревнивый сомневается, что достоин любви, или, например, тревожится, что его партнёр недостаточно хорош, чтобы сохранить верность. Собственник же не сомневается, а злится, если «вещь» ведёт себя так, будто ничего ему не должна.

«Ревность часто появляется из-за неуверенности в другом человеке. Нам в целом довольно сложно доверять даже себе или родным, что уж говорить о человеке, которого мы полюбили, но знаем совсем недолго».

Софья Севастьянова

Ревность — это эмоция, собственничество — стратегия поведения. Избежать первого невозможно: эмоции — это неподвластные нам сигналы психики, которые проявляются у всех. А вот с поведением работать можно. При этом, если ревности в отношениях много и она отравляет жизнь своему носителю и его партнёру, можно также научиться контролировать проявления этого чувства.

Ревность и собственничество могут провоцировать друг друга и сопутствовать одно другому, но знака «равно» между ними нет.

Например, Маша уехала в командировку и долго не отвечала на сообщения мужа Саши, но при этом выложила пост с тимбилдинга в соцсетях. В приступе ревности Саша придёт к самобичеванию: «Я плохой, я недостоин любви, я недостаточно старался, меня точно бросят». Злость по отношению к себе при этом может вылиться во внешнюю злость и истерику в адрес Маши.

А если Саша больше собственник, он скорее почувствует себя несчастливым, чем никчёмным или недостаточно хорошим, и предъявит Маше: «Ты должна меня уважать, уделять внимание и помнить обо мне, если я тебе дорог. Иное для меня — признак твоей нелюбви».

«Важное отличие также в том, что собственничество в отношениях — это про зависимость от другого человека. Ревность же не всегда связана с зависимостью. Чаще она связана со страхом остаться в одиночестве или с завистью к тем, у кого есть что-то, чего не хватает самому ревнивцу».

Софья Севастьянова

Кстати, собственничество часто сравнивают и с жадностью, и грань здесь действительно тонкая. Сразу оговоримся, что, с одной стороны, под жадностью может пониматься защита своих личных вещей, отстаивание личных границ. А с другой стороны — поведение в стиле «Я не дам ребёнку конфетку, хотя у меня карман от конфет рвётся». И в первом случае жадность — это базовое чувство, необходимое для комфортной жизни. Оно помогает нам самореализовываться и присваивать себе свои достижения. Собственничество же сравнивают с карикатурными проявлениями жадности из второго примера.

Так вот, основа собственничества — потребность обезопасить себя, а в основе жадности лежит нежелание разделить с другими удовольствие от своих благ. И оно вполне может включать в себя собственничество, поэтому различие трудно обнаружить: механизм возникновения схож. То, что принадлежит мне, — только моё, и другим не нужно тянуть свои руки к этому, иначе я могу потерять то, что мне принадлежит, или это могут повредить.

Если вы чувствуете угрозу, тревогу и страх каждый раз, когда друг, ребёнок или партнёр не отвечают на мем в мессенджере, вероятно, стоит задуматься, почему ваше состояние так сильно зависит от внимания другого человека. И ещё помните: какие бы стратегии поведения ни были нам привычны, при желании их можно скорректировать и научиться жить, любить и строить отношения иначе.

Бесплатный тест: какая профессия вам подходит?
Узнайте ответ за 8 минут и пройдите бесплатную консультацию профориентолога. К тесту!