История легендарной школы Саммерхилл, где дети сами устанавливают правила
2026-02-21 23:02 Diff
https://skillbox.ru/media/education/istoriya-legendarnoy-shkoly-sammerkhill-gde-deti-sami-ustanavlivayut-pravila/

#былое

  • 16 фев 2024
  • 0

История легендарной школы Саммерхилл, где дети сами устанавливают правила

Когда говорят о концепции ученикоцентричных школ, всегда приводят как пример Саммерхилл. В 2024-м этой школе исполнится 100 лет. Вот её история.

Иллюстрация: Guelph Public Library Archives / школа Summerhill / Tohamina / Freepik / Annie для Skillbox Media

Журналист, историк по образованию. Копается в исторических документах, читает статьи и книги исследователей. Может объяснить философские концепции через цитаты из «ВКонтакте» и рассказать о популярных заблуждениях о прошлом.

Из этой статьи вы узнаете:

Хотя идеи демократических школ, основанных на гуманистических ценностях, свободе общения взрослых с детьми, заложили ещё Платон и Аристотель, реальную популярность они получили только во второй половине XIX — начале XX века. Такая модель противопоставлялась типичной формализованной системе школьного образования и попытке буквально подвести детей под одну гребёнку.

Приверженцы идеи демократического образования были уверены, что оно воспитает людей с критическим мышлением и гражданским сознанием, тогда как традиционная авторитарная школа лишь воспроизводит пороки социальной среды и формирует их у детей.

Популярность этой идеи привела к попыткам коренным образом изменить систему в разных странах. Одну из них предпринял шотландский учитель и писатель Александр Сазерленд Нилл (1883–1973).

С типичной школьной обстановкой конца XIX века, её требованиями, дисциплиной и физическими наказаниями он был знаком даже слишком хорошо: мать Александра служила учительницей, а отец — директором школы. Воспитывали его в строгости, при этом мальчик нередко испытывал проблемы с обучением — навёрстывал он их с помощью самообразования.

Здание школы
Фото: A. S. Neill Summerhill School

Перепробовав немало профессий с юного возраста, Александр всё же пошёл по родительским стопам: окончив университет, он работал учителем, а потом и директором школы. А вот жёсткую школьную иерархию и дисциплину в отличие от родителей не поддержал: его больше увлекали идеи Марии Монтессори, психоанализ и мысли о подлинно свободной школе, где от детей не требуют соответствия желаниям взрослых.

По приглашению коллег он пробовал работать в немецких, а затем и в австрийских прогрессивных школах, однако там эксперименты не увенчались успехом. В 1924 году педагог переехал из Европы в Англию и основал собственную школу-пансион (то есть предполагающую проживание учеников) — в поместье Саммерхилл. Идею этой школы вкратце можно выразить так: «школа должна подходить детям, а не наоборот — дети школе».

В первые годы существования Саммерхилла там учились «трудные» дети — воришки, хулиганы, обманщики и задиры. На момент открытия школы учеников было всего пять, через три года, когда школа переехала в городок Лейстон (она и по сей день находится там под старым именем), их стало 27. Обычно ребят принимали в возрасте от 5 до 16 лет, однако на деле чётких рамок не было и оставаться в школе они могли до совершеннолетия — всё потому, что классы делились не по возрасту, а по способностям.

Дети, на которых махнули было рукой родители и педагоги, оказались в необычной среде. В Саммерхилле не было навязанной дисциплины, поучений, религиозных наставлений и никакой идеологии, оценок, экзаменов и стандартов. Ученики были вольны играть сколько угодно, сами решали, посещать ли уроки.

Они также играли ключевую роль в управлении школой: все вопросы решались на субботних общих собраниях, где голос даже самого маленького ученика был равен голосу взрослого сотрудника. У школьников при этом было численное большинство. Так Нилл воплотил революционную для того времени идею о том, что у детей тоже есть права.

Со взрослыми, кстати, ученики общались на равных. В любой другой школе трудно представить такую ситуацию: пятилетний ученик по имени Билли запросто выставил с празднования своего дня рождения директора Нилла, так как тот явился без приглашения. И директор действительно ушёл.

Такая свобода царила не только в учёбе, но и в бытовой жизни. Формы в школе не было, а в комнаты (в них жили по два-четыре человека) сотрудники не заходили — ничего там не проверяли и не прибирали.

При этом весомое значение директор Саммерхилла придавал комфортной психологической обстановке и старался избавиться от дистанции между персоналом и детьми. Например, проводил с учениками так называемые «личные уроки» — что-то вроде психотерапевтических (психоаналитических) сеансов, чтобы справиться с комплексами и психологическими травмами.

Ещё Нилл любил пошутить, одновременно побуждая учеников думать нестандартно: например, мог попросить перевести монолог Гамлета на несуществующий «саммерхиллский язык». А то и вовсе бил окна вместе с детьми, чтобы показать, что взрослых не нужно бояться.

Александр Нилл возражал против лицемерия, когда взрослые игнорируют интересы молодёжи и пытаются воспитывать в них те ценности и добродетели, которым сами не следуют. А ещё основатель школы считал, что послушание не просто мешает развитию личности, но и калечит её — подавляет креативность, уверенность в себе, способность идти наперекор течению. Педагог верил в добрую по природе натуру ребёнка, его мудрость и прагматичность. Главный педагогический принцип Нилла: оставь ребёнка в покое, и он сам разовьётся настолько, насколько способен.

Задачей школы её создатель видел не образование, а самовоспитание, поэтому что касается методов именно обучения, то они в Саммерхилле были вполне стандартными — обычная классно-урочная система. В фокусе в этой школе было не то, как лучше научить какому-то предмету, а именно свободная атмосфера.

Уроки начинались в 09:00 и шли до 13:30. Дети много времени проводили в комнате искусств и мастерских. По понедельникам и четвергам ходили в кино. Среди других развлечений были танцы, спектакли (с самодельными декорациями и костюмами и часто поставленные по собственным пьесам детей), а также различные экспромты. А вот чего не было в школьной программе, так это привычной жёсткой подготовки к поступлению в университеты: желающие сами начинали её с 14 лет, но к этому их никто не принуждал.

Несмотря на то что далеко не все выпускники школы могли похвастаться академическими успехами, желающих учиться там становилось больше. Контингент тоже поменялся: на смену трудным подросткам пришли дети обеспеченных родителей, способных оплачивать учёбу, и среди них было много иностранцев. Всё дело в том, что в 1930-е и 1960-е методы Александра Нилла пережили всплески популярности.

Кстати, поскольку поначалу школа не обладала солидными средствами и платить хорошие зарплаты учителям не могла, работали там в основном педагоги-энтузиасты — за идею.

Что бы ни думали скептики, но идеи Александра Нилла во многом оправдали себя.

Во-первых, школа не погрузилась в анархию, которую стоило бы ожидать при реальной детской свободе. Дело в том, что свобода в Саммерхилле не приравнивалась к тотальной вседозволенности без правил, ведь жила школа по принципу «свобода одного кончается там, где начинается свобода другого». Например, Нилл мог запретить детям портить имущество, так как оно принадлежит не им, а ему.

Основные правила вырабатывали на общих собраниях сами дети, они же следили за их исполнением. Были и штрафы за нарушения: общественный труд, вычеты из карманных денег, ранний отбой или запрет на поход в кино. Так, в Саммерхилле было запрещено шуметь после десяти вечера, купаться в неположенном месте, кататься в одиночку на велосипеде детям младше 11 лет и иметь пневматические винтовки. Сами дети неукоснительно следили за выполнением правил и соблюдали их. В этом смысле система была похожа на ту, которую организовал в своей в колонии Антон Макаренко.

При этом мнением школьников никто не управлял. Так, когда Нилл выдвинул на голосование запрет курения для учеников моложе 16 лет, он с треском проиграл. То же произошло с проектом о запрете ругательств в стенах школы. Исключительное право директор (и его супруга) имели только в вопросах найма персонала, устройства спален, меню и оплаты.

Во-вторых, во многом оправдалась идея о том, что дети вовсе не лентяи и без принуждения способны заинтересоваться учёбой. Директор Саммерхилла рассказывал, что подростки, приходившие из других школ, могли месяцами и даже годами не ходить на уроки — веселились и играли. Но потом все они возвращались к занятиям и с удовольствием учились. Накладывалось и коллективное воспитание: заядлого прогульщика другие ребята просто могли выгнать из класса, чтобы он их не тормозил. Те, кому не хватало знаний по каким-то предметам (например, для сдачи экзаменов или просто из интереса), за счёт большей мотивации быстро навёрстывали упущенное.

Чуть сложнее дела обстояли с получением высшего образования: не все выпускники поступали с первой попытки. Однако, как подчёркивал директор школы, многие пробовали снова и снова. Так что в списке бывших воспитанников Саммерхилла есть учёные Кембриджа, Лондонского и Манчестерского университетов, известные музыканты, художники, дизайнеры, актёры, танцоры, журналисты.

Александр Нилл в школе Саммерхил с учениками, 1930-е годы
Фото: A.S. Neill Summerhill School

Кто-то из учеников и не думал о высшем образовании, выбирая более простые профессии. Например, мальчик, ставший впоследствии токарем-инструментальщиком, за 13 лет в Саммерхилле не посетил ни одного урока, зато постоянно находился в школьной мастерской, где ему очень нравилось.

«Саммерхилл — это такое место, где имеющие способности и желание заниматься наукой станут учёными, а желающие мести улицы будут их мести. Мы, правда, до сих пор не вырастили ни одного дворника. Я пишу это без всякого снобизма, потому что мне приятнее школа, выпускающая счастливых дворников, чем та, из которой выходят учёные-невротики», — писал Нилл.

Нилл считал, что атмосфера Саммерхилла учит детей быть самодостаточными, уверенными в себе. Она позволяет брать на себя ответственность, с умом подходить к выбору и осознавать последствия своих решений. Главным результатом школы он считал способность детей к эмпатии и адаптации, нестандартному мышлению — и это, по мнению педагога, куда важнее дипломов и пятёрок в дневнике.

Основатель школы был уверен, что излечивает детей от несчастья, а свободная школа способна исцелить от него весь мир. Так что неудивительно, что саммерхиллцы росли в атмосфере товарищества, без страха перед взрослыми и вышестоящими. По словам дочери Александра Нилла и нынешнего директора школы Зои Ридхед, это часто становится самым значимым опытом в жизни учеников. Многие потом тепло вспоминают и часто навещают школу, а ещё приводят туда своих детей — на одной встрече может собраться семь поколений выпускников.

Несмотря на видимую популярность демократического переустройства школы, современники Александра Нилла идею школы-утопии не особенно приняли. А на него самого смотрели как на экстремиста порой даже те, кто придерживался в целом новаторских взглядов, что уж говорить о консерваторах. В самом городе Лейстоне и в английской прессе тех лет подопечных Нилла называли «дети-делай-что-хочешь». Не всегда чистые, да ещё и курящие ученики, предоставленные сами себе, действительно могли производить впечатление беспризорников, а такие методы воспитания могли вызывать возмущение.

Были претензии и к организации процессов в Саммерхилле: например, дети могли и не узнать о потенциально интересном для них занятии, то есть недополучить того, что они имели бы в обычном учебном заведении. Некоторые выпускники действительно жалели, что в своё время не ходили на уроки, хотя и отмечали, что сами ликвидируют пробелы в знаниях.

Проверки, проводившиеся в школе, показывали, что успехи детей в младшей школе были не особо впечатляющими, а образование детей среднего возраста и вовсе слабое. Школьники не всегда получали учебный материал в должном объёме, чтобы выучить его. Кроме того, в Саммерхилле трудно было найти время и место для учёбы — многочисленные активности не оставляли возможности для уединения. Некоторые дети действительно не справлялись с полученной свободой.

Несмотря на эту критику, Александр Нилл пользовался уважением среди педагогов. В 1960-е он даже получил несколько университетских степеней. Постепенно и сама школа смогла завоевать общественное признание. Особую роль в этом сыграла книга-бестселлер Нилла «Саммерхилл: радикальный подход к детству».

Правда, необычный статус школы имел свои риски, и ей периодически грозило закрытие. Связано это было с разными трудностями: падением популярности (а значит, и отсутствием финансирования), обвинениями в жестокости и анархии на страницах таблоидов и государственным регулированием.

Так, в конце 1999-го школа не прошла государственную проверку, что могло привести к прекращению её деятельности. Отстоять право на существование удалось в суде. В духе школы решение о тяжбе приняли на школьном собрании. Тогда Саммерхиллу в итоге удалось выиграть в процессе, но и добиться уникальных условий контроля за её деятельностью.

Саммерхилл существует до сих пор — в 2024 году ей исполнится сто лет. Руководит школой дочь основателя Александра Нилла Зоя Ридхед. Ей помогают муж Тони, а также сыновья Уилл и Генри. Школа по-прежнему небольшая — примерно на 70 учеников из разных уголков мира и 16 штатных сотрудников. И она по-прежнему находится в Лейстоне.

Фото: A.S. Neill Summerhill School

Школа остаётся верной своим принципам: важности игры, свободе, но не вседозволенности, самоуправлению, социальному и эмоциональному развитию ребёнка. Учащиеся сами выбирают уроки (занятий стало значительно больше) в начале семестра, а также сдавать им выпускные экзамены или нет. На занятия при желании всё ещё можно не ходить. А вот собрания теперь проводятся даже чаще — два раза в неделю. Курение в школе сейчас, конечно, запрещено.

Теперь зачисление происходит по результатам анкетирования, посещения в день открытых дверей и беседы с ребёнком, а школа заранее предупреждает, что не предназначена для исправления «трудных детей». Немного изменились и возрастные рамки — малышей уже не берут, да и классы делят по возрасту, а не по способностям, как было изначально. Здесь начали принимать и обычных «дневных» учеников, помимо тех, кто живёт в школе как в пансионе.

Оплата здесь довольно высокая: если к открытию школы она составляла 120 фунтов, то сейчас — несколько тысяч фунтов в год. Во многом это связано с тем, что школа стала больше внимания уделять качеству преподавания. Саммерхилл теперь тщательно отбирает учителей, старается удерживать первоклассных педагогов повышением зарплаты и улучшением условий труда. Они по-прежнему свободны в выборе методов обучения, но всё же должны следовать определённым целям и требованиям.

Главное достижение создателя школы, пожалуй, не в том, что его детище дожило до столетнего юбилея, а в том, что его идеи широко распространились по миру — другие свободные школы по образцу Саммерхилла открывали уже в 1960-х. Даже само название стало известным брендом, и его часто пытаются использовать в своей рекламе частные школы, провозглашающие у себя те или иные принципы свободы. Правда, столь же радикальными, как оригинальный Саммерхилл, они в основном так и не стали.

Курс с трудоустройством: «Профессия Методист с нуля до PRO» Узнать о курсе