Rivalry2

HTML Diff

0 added 0 removed

Original 2026-01-01

Modified 2026-02-21

1 <a>#статьи</a>

2 <ul><li>21 апр 2021</li>

3 <li>0</li>

4 </ul><h2>Почему мы проваливаемся в квалификационную яму и как это исправить</h2>

5 Минимум у 45% работников в России навыки и опыт не соответствуют их позициям. Выясняем, есть ли способ выбраться из этой ямы.

6 Обозреватель Skillbox Media. Магистр по научной коммуникации, интересуется социологией науки, историей и будущим образования.

7 Если коротко, квалификационная яма - цена прогресса. Эту проблему, как и многие другие, обнажила пандемия, но предпосылки появились гораздо раньше.

8 <a>Отчёт</a>консалтинговой компании BCG о состоянии мирового рынка труда назвал следующие вызовы 2020 года: возросшая степень цифровизации, ускоренная автоматизация, необходимость работать удалённо.

9 На фоне этих вызовов стало ясно, что кадровые проблемы современного мира - это не только нехватка представителей новых цифровых специальностей, но и квалификационная яма.

10 Суть этого явления в том, что даже там, где работников достаточно, им не хватает навыков и знаний, чтобы успешно справляться со своими задачами. При этом высококвалифицированные специалисты в новых условиях остаются невостребованными и устраиваются на работу не по своей профессии.

11 И эта проблема будет становиться всё более заметной, потому что пандемия, как<a>считают</a>в BCG, запустила долгосрочные структурные изменения.

12 <ul><li>Больше1,5 млрдрабочих мест в мире в ближайшее десятилетие затронут структурные изменения.</li>

13 <li>12%рабочих мест к 2030 году могут исчезнуть в связи с автоматизацией.</li>

14 <li>30%рабочих функций будут требовать от работника совершенно новых навыков, которые сегодня ещё неизвестны на рынке труда.</li>

15 <li>Больше10%работников в мире перейдут на постоянную удалёнку, а среди именно офисных сотрудников - до 30%.</li>

16 </ul>Пандемия только сделала заметнее трудности, которые существовали и раньше, подчёркивают в BCG.

17 Задолго до неёкаждый третий работникв государствах - членах Организации экономического сотрудничества и развития был трудоустроен, что называется, не по специальности. В России доля тех, чья профессия никак не связана с полученным образованием,<a>по данным</a>ВЦИОМ, в 2019 году составляла47%. И причины этого более глубоки, чем один только экстренный переход на удалёнку.

18 В совместном<a>исследовании</a>в 2019 году BCG и WorldSkills Russia заявили, что квалификационная яма растёт из-за трёх видов трендов - технологических, социально-экономических и культурных. Причём эти тренды сами по себе не негативные - скорее, наоборот, позитивные. Проблема в том, что общество за ними не поспевает.

19 Что в результате? На рынке труда много работников с устаревшими навыками. А система образования и развития человеческого капитала не справляется с их обновлением.

20 Почему так трудно развивать актуальные навыки - отдельная большая тема. Одна из ключевых причин в том, что прежние подходы к обучению сформировались в эпоху, когда человек получал одну профессию на всю жизнь. Конечно, технологии и требования к специалистам на протяжении XX века постоянно обновлялись. Но скорость изменений была не так велика, как сейчас: хватало повышения квалификации раз в 10 лет.

21 Сейчас переобучение требуется профессионалу в любой сфере гораздо чаще. Попытки системы образований угнаться за изменениями, как<a>сообщали</a>в 2019 году BCG и WorldSkills Russia, приводят к тому, что обучение дорожает, занимает всё больше времени, но в итоге навыки выпускника устаревают уже к моменту выдачи диплома.

22 Сравнить ситуацию в разных странах мира можно с помощью разработанного в BCG<a>инструмента FSA</a>(Future Skills Architect - архитектор навыков будущего). Он включает рейтинг 75 государств, основанный, как утверждается, на 59 параметрах их рынка труда.

23 Россия занимает в рейтинге 52-е место и находится между Мексикой и Грецией. Ключевые показатели нашей страны, по оценке BCG, перед пандемией были следующими:

24 <ul><li>45% работников (это почти 33 млн человек) недостаточно или слишком квалифицированы для своих рабочих мест;</li>

25 <li>производительность труда (сколько валового внутреннего продукта производит один работник) - 56 тысяч долларов.</li>

26 </ul>Лидеры рейтинга - Нидерланды, США и Швейцария. У них недостаточно квалифицированы 37,7% (в Нидерландах), 33,5% (в США) и 36% (в Швейцарии) работников. При этом производительность труда там значительно выше, чем у нас: 100, 120 и 106 тысяч долларов на одного работника соответственно.

27 Среди других параметров, по которым показатели России<a>ниже</a>, например, чем усреднённые для стран БРИКС (куда наряду с нашей страной входят Бразилия, Индия, Китай и ЮАР), - социальная мобильность, мобильность между регионами и развитие человекоцентрированной среды.

28 Сравнительно хорошие показатели у России - по вовлечённости работников в переобучение (около 15% участвовали в онлайн-курсах до пандемии) и по инклюзивности рабочей среды, так как женщины работают в России не меньше мужчин.

29 С этими данными можно поспорить. По другим оценкам, например, по <a>исследованию</a>социолога Натальи Тихоновой из Высшей школы экономики, квалификационная яма в России ещё глубже.

30 Даже если не брать в расчёт навыки, а оценивать только образование, получается, что более чем у половины работников уровень или направленность их образования не соответствуют профилю работы.

31 По мнению Натальи Тихоновой, одна из причин разрыва - дисбаланс в сфере образования и на рынке труда: выпускники вузов не могут найти работу по специальности и идут работать на позиции, для которых они избыточно квалифицированы.

32 В то же время некоторые профессии, где на самом деле требуется высокая квалификация, остаются низкооплачиваемыми, и поэтому их нередко занимают специалисты с недостаточной квалификацией. Это, например, позиции учителей, врачей, инженеров производств.

33 Общеизвестно, что безработица опасна для страны в целом, а не только для тех, кто остаётся без работы. Несоответствие навыков рабочему месту на этом фоне почти не замечают, но на самом деле это очень масштабное явление. По оценкам BCG, в 2020 году более 1,3 млрд человек в мире находились в квалификационной яме.

34 Эксперты BCG считают, что уже в 2018 году квалификационная яма стоила мировой экономике около 8 трлн долларов. Такова цена не созданного и не реализованного из-за недостаточной производительности труда валового внутреннего продукта. В 2018 году потери производительности труда составили 6%, к 2025 году, по оценке BCG, этот показатель при худшем сценарии может достичь 11%.

35 Из чего вообще складывается ущерб от квалификационной ямы, описано в <a>отчёте</a>BCG и WorldSkills.

36 <ul><li>В случае недостаточной квалификации работника потери - это снижение производительности, недополучение доходов либо траты на переобучение сотрудников.</li>

37 <li>Если квалифицированный специалист пошёл на понижение и занимается низкоквалифицированным трудом, потери - это стоимость его обучения, которое оказалось ненужным рынку, и постепенная утрата квалификации.</li>

38 </ul>Исследователи BCG, как сообщается в кратком отчёте компании, обнаружили и вторичные эффекты несоответствия навыков. Чем выше в стране процент людей, чьи знания и навыки не соответствуют их работе, тем хуже у этой страны показатели по внедрению инноваций и даже по достижению Целей устойчивого развития ООН.

39 Все решения проблемы можно разделить на краткосрочные и долгосрочные. Первый тип особенно востребован во время пандемии.

40 Одним из возможных решений эксперты BCG называют создание цифровых платформ для поиска сотрудников и работы, с помощью которых можно устроиться на условиях временной занятости. Конечно, в ситуации пандемии подработки могли не соответствовать квалификации работника. Но за счёт своего масштаба цифровые платформы увеличивают шансы работодателей подобрать соискателя с подходящими навыками и шансы соискателей найти работу по специальности.

41 Другим краткосрочным решением стала переподготовка работников в отраслях, сильнее всего задетых кризисом. Например, канадское правительство выдавало работодателям субсидии на переобучение сотрудников, а Сингапур и Австралия предоставляли кредиты и налоговые льготы самим работникам.

42 Российское Министерство труда и социальной защиты тоже сосредоточило усилия на этом направлении. Минтруда<a>отмечает</a>несоответствие спроса и предложения на рынке труда и предлагает в качестве решения быструю<a>переподготовку</a>безработных.

43 В 2020 году, как сообщало Минтруда, программы бесплатного обучения охватили около 100 тысяч человек. В 2021 году за счёт средств федерального проекта "Демография" они охватят 115 тысяч человек.

44 Среди российских государственных инициатив можно отметить также выдачу "<a>цифровых сертификатов</a>" по федеральному проекту "Кадры для цифровой экономики": в конце 2020 года обучение в 22 областях цифровой экономики прошло около 30 тысяч человек из 48 российских регионов.

45 С долгосрочными решениями всё сложнее: они требуют серьёзной перестройки институтов рынка труда, образовательной системы и, ни много ни мало, - формирования культуры обучения в течение всей жизни в обществе в целом.

46 BCG в декабрьском отчёте предлагает правительствам сосредоточиться на трёх ключевых направлениях:

47 <ol><li>Способности - какие навыки есть у работников и какие нужно развивать.</li>

48 <li>Мотивация - какие существуют стимулы учиться и повышать квалификацию.</li>

49 <li>Возможности - какие есть варианты обучения и развития и кому они доступны.</li>

50 </ol>Квалификационная яма может углубляться из-за проблем в любом из этих направлений. Например, из-за мотивации - если у людей есть возможность учиться новому, но нет стимулов это делать, так как повышение квалификации не влияет на оплату труда и не помогает карьере, то они не станут учиться.

51 В <a>инструменте FSA</a>есть библиотека решений, принятых в разных странах для преодоления кадрового разрыва. Каждое решение относится к одному из аспектов, связанных с развитием способностей и мотивации или расширением возможностей.

52 А как быть, если все три направления - проблемные? Одной из ключевых задач BCG считает переход к более тесному<a>сотрудничеству</a>работодателей и системы образования. В идеале вместе они могут сократить кадровый разрыв на любой стадии жизненного цикла профессионала на рынке труда.

53 Для этого, с одной стороны, работодатели должны участвовать в обновлении программ образовательных организаций. С другой стороны, вузам и другим игрокам сферы образования необходимо развивать свои компетенции, чтобы предлагать актуальное обучение для сотрудников компаний. Эксперты BCG считают, что университеты могут быть партнёрами бизнеса по развитию персонала в разных форматах: от краткосрочных курсов по отдельным навыкам до переподготовки для нового рабочего места.

54 ДвижениеWorldSkillsи экспертная организацияGlobal Education Futures<a>предлагают</a>всем участникам системы образования и рынка труда ориентироваться на технологические, социально-культурные, когнитивные и экологические навыки будущего. Из списка рекомендаций мы выбрали те, что напрямую связаны с преодолением квалификационной ямы:

55 <ul><li>для учащихся всех возрастов - принять на себя ответственностьза своё профессиональное развитие и карьерный рост, развить в себе любознательность по отношению к жизненно важным в XXI веке компетенциям и навыкам;</li>

56 <li>для преподавателей профобразования - осваивать новые навыки самим и экспериментировать с новыми педагогическими методами,которые позволят учащимся лучше освоить столь важный сейчас навык сотрудничества;</li>

57 <li>для управленцев в сфере образования - поддерживать культуру обучения в своей организации, внедрять новые форматы профподготовки с предприятиями-партнёрами;</li>

58 <li>для бизнеса - создавать возможности и стимулы для переподготовки и дополнительного обучениясотрудников, помогать развитию программ обучения в вашем секторе;</li>

59 <li>для властей на всех уровнях - отслеживать дефицит компетенций, чаще обновлять учебные программы в образовательных учреждениях, стимулировать внедрение технологий, культуры обучения и равного доступа к возможностям развития и трудоустройства;</li>

60 <li>для некоммерческих организаций - инициировать обсуждения будущего компетенций и образовательной политики, содействовать развитию навыков будущего через поддержку образовательных организаций и их объединений.</li>

61 </ul>