Rivalry2

HTML Diff

0 added 0 removed

Original 2026-01-01

Modified 2026-02-21

1 Музей современного искусства "Гараж"<a>выпустил</a>книгу Ксении Малич "Пришёл, увидел - побеждён!" о сотрудничестве советских и британских архитекторов в 1930-1960-е годы. С разрешения издательства мы публикуем главу "Фрэнк Йербюри" - о поездке британских архитекторов в СССР.

2 * * *

3 В 1931 году SCR (Общество культурных связей между Британским Содружеством и СССР. - Ред.) начало проводить ежегодные обеды "Мы-были-в-России" (We-have-been-to-Russia), на которых недавние туристы делились впечатлениями от поездок. Британские специалисты, чья профессиональная деятельность была связана с городским благоустройством и строительством нового жилья, заинтересовались возможностью получить информацию о нетривиальном профессиональном опыте. В то же время в июне 1931 года британское посольство в Москве сообщило в Министерство иностранных дел в Лондоне о растущем интересе Советского Союза к организации городского хозяйства1, после чего состоялся ряд ознакомительных поездок. В 1931 году московский инженер инспектировал лондонское метро2, а на следующий год в Москве группа инженеров Лондонского метрополитена консультировала проектировщиков Московского метрополитена. В 1932-м в СССР также приезжал лорд Марли, член SCR и глава комитета по городам-садам и пригородам, созданного в 1931 году при британском Министерстве здравоохранения. Марли особенно увлекла идея биробиджанского проекта3. Тогда же инженер, сотрудник Министерства планирования Кеннет Додд изучал в России строительство новых здравоохранительных объектов и в 1933-м опубликовал отдельный доклад по итогам этой поездки, описав "величайшую систему государственного планирования, которую когда-либо видел мир"4. Одним из очевидных преимуществ этой системы для городской реконструкции Додд считал централизацию административного ресурса, в то время как на Западе возможности проводить масштабные городские реформы мешала частная собственность и слишком большое число вовлечённых сторон. В 1932 году в Москве гостили Сидни и Беатрис Уэбб - лидеры фабианского социализма (сторонники постепенного преодоления капитализма, сотрудничавшие с лейбористами), настроенные очень лояльно: итогом их путешествия стал двухтомник Soviet Communism: A New Civilization? , популярный в британских гуманитарных кругах5.

4 Любопытный доклад прочёл на заседании попечительского совета Лондонской архитектурной ассоциации Фрэнк Йербюри, вернувшийся из России всё в том же 1932 году. Йербюри, как упоминалось выше, отправился в СССР вместе с коллегами. В июле 1932 года это турне анонсировалось в газетах: "14 июля в Ленинград приезжает из Лондона группа английских архитекторов. Цель их поездки - ознакомление с новыми стройками правительственного и промышленного типа - со вновь построенными зданиями клубов, театров и школ. Из Ленинграда английские архитекторы поедут в Москву, Нижний Новгород и Сталинград. В начале августа приедет вторая группа английских архитекторов"6. Героем следующей заметки в номере от 19 июля оказался сам Йербюри: "В Доме инженерно-технических работников им. Молотова состоялась встреча архитектурной общественности Ленинграда с экскурсией архитекторов Англии. На встрече гости обменялись своими впечатлениями о виденном в Ленинграде за четыре дня. Вкратце представитель группы, секретарь архитектурного общества Англии м-р Иейбург, формулировал свои впечатления следующими словами: "Я пришёл, увидел и побеждён“. Другой представитель этой группы, архитектор Герберт Вильямс, заявил: "Я поражён всем виденным. Моё единственное желание - остаться в СССР для работы“"7.

5 Судя по газетным хроникам и фотоархиву самого Йербюри8, для британских зодчих составили очень разнообразную экскурсионную программу. Как уже отмечалось, не все гости были апологетами модернизма, но ВОКС (Всесоюзное общество культурной связи с заграницей. - Ред.) в первой половине 1930-х годов ещё делал ставку на показ прогрессивной архитектуры, в которой у советских архитекторов было как будто меньше конкурентов. Маршрут, как и большинство подобных путешествий в 1930-е, начинался в Ленинграде, куда путешественники приплывали прямо из Лондона. В Ленинграде (о нём Йербюри рассказывает подробнее всего) им показывали Эрмитаж, Аничков дворец, Казанский собор с экспозицией музея атеизма и основные исторические ансамбли. Кроме того, английские архитекторы осмотрели совсем недавно построенные здания: Василеостровскую и Московско-Нарвскую фабрики-кухни, ДК Горького и ДК имени Первой пятилетки. В Москве их ждали Кремль, Красная площадь, здание газеты "Известия", Первый Дом Советов и Дом Наркомфина. В Нижнем Новгороде - старые усадьбы и новый Дом Советов. Затем - живописное путешествие по Волге: Казань, Саратов, Самара, Сталинград и другие города, в которых Йербюри интересовался уже не столько архитектурой, сколько этнографическим и историческим колоритом.

6 Аничков дворецФото: Ninara / Wikimedia CommonsБыл ли "м-р Иейбург" действительно побеждён? По его собственным уверениям, он специально ничего не читал ни до, ни после поездки, чтобы сохранить свежее непредвзятое восприятие, хотя страна показалась ему "полной противоречий и странностей".

7 Например, Йербюри был поражён контрастом в образе жизни и положении разных слоёв общества. Ожидая увидеть пример классового равенства, он с удивлением обнаружил обратное. Оказалось, что есть разные категории билетов на поезда и пароход. Что публика на московском турнире по теннису одеждой и манерами сильно отличается от рабочих, гуляющих в парках. Что в нижних отделениях на волжских пароходах едут оборванные крестьяне ("каких, я думал, в наши дни уже не бывает"), в то время как на верхних палубах джентльмены в белых костюмах любуются живописными берегами.

8 Наконец, что рабочие живут в настолько тяжёлых условиях, что "в водке ищут забвения"9. При этом он признаёт, что при фабриках есть бесплатные ясли, а государство создало прогрессивную систему здравоохранения, организовав сеть общедоступных детских клиник, женских консультаций, санаториев. Особо тёплые чувства вызвали у Йербюри гребные клубы на Москве-реке и в парках культуры и отдыха. Сами парки под конец тура ему несколько надоели, видимо, подобные образцовые пространства для организованного досуга английским гостям показывали слишком часто. Фрэнк и его попутчики очень быстро устали от плакатов (антирелигиозных, антикапиталистических и антимилитаристских) и долгих агитационных выступлений.

9 Одним из лучших современных проектов в СССР архитектор назвал мавзолей на Красной площади и систему его подсветки. В целом же новые здания, по мнению Йербюри, не представляли интереса с точки зрения формы, композиции, фактуры. Британских архитекторов разочаровало низкое качество материалов и неквалифицированный ручной труд, из-за чего дома уже в первые месяцы после снятия лесов "выглядели старыми". Монотонность цветовых решений, обширные плоскости остекления в условиях холодного и сырого климата, небрежность отделки - всё это бросилось в глаза Йербюри и его коллегам. Что им показалось действительно примечательным, так это типологии, придуманные советскими архитекторами для воплощения нового образа жизни: клубы для рабочих с театрами и детскими комнатами, фабрики-кухни, жилмассивы. Но и здесь нашлось место для критики. После осмотра Дома Наркомфина Йербюри пришёл к выводу, что идея "пасти" людей группами, исходя из их ведомственной занятости, нецелесообразна, поскольку отнимает у человека право выбирать себе соседа. Причину всех этих неурядиц архитектор видел в том, что новая советская архитектура оказалась результатом слома, а не естественного развития. Желание порвать с прошлым было сильнее логики и здравого смысла.

10 МавзолейФото: Public DomainДом НаркомфинаФото: Evgeniy Vasilev / ShutterstockРискнём предположить, что даже лояльно настроенной британской архитектурной общественности примеры нового строительства в России казались слишком радикальными. Про здание Центросоюза, строительство которого в этот момент шло по проекту Ле Корбюзье в Москве, Йербюри даже не упоминает. Ему явно интереснее рассказывать о Кваренги и о симпатичной девушке из московского загса, чью фотографию он потом показывает во время своего доклада для архитекторов в Лондонской архитектурной ассоциации.

11 Зато, как только Йербюри попадает на строительную площадку к Борису Иофану и видит только что завершённый Дом правительства (Первый Дом Советов на Берсеневской набережной), он сразу смягчает свои оценки. Иофан для него - многообещающий талантливый архитектор, а Дом Советов - знак того, что русская архитектура выходит из тупика.

12 Вероятно, английских путешественников водили и в советские архитектурные мастерские, поскольку Йербюри восторженно рассказывает о том, что советские зодчие обладают лучшей в мире техникой рисунка и создают совершенно неподражаемые подачи. "Нет ничего, чему английский архитектор мог бы научить русского коллегу"10. Как показалось английским гостям, для воплощения этих замыслов недоставало хороших рабочих. Сложности возникали и от необходимости разрабатывать типовые проекты для самых разных регионов огромной страны.

13 Первый Дом СоветовФото: Elena Koromyslova / ShutterstockВо время посещения мастерских путешественники, по всей видимости, подробно расспрашивали принимающую сторону, как организована работа советского архитектора: каков размер жалованья, можно ли участвовать в конкурсах самостоятельно, сколько женщин трудится в проектной группе, как проходит студенческая практика. Возможность получить работу в СССР часто обсуждалась в те годы в профессиональных кругах, и Йербюри призывает коллег оставить подобные прожекты, указывая на то, что в пересчёте на фунты зарплата окажется маленькой. А главное, любой английский специалист столкнётся с огромной конкуренцией даже в лице студентов.

14 Йербюри и его спутники особенно уважительно пишут об отношении к историческому наследию и бережной реставрации, результаты которой были видны повсеместно (хотя некоторые особняки и церкви и были отданы под новые функции). "Я думал, что увижу страну, где не осталось и следа от былой красоты", но трудно представить "более прекрасный пейзаж, чем в Ленинграде"11.

15 Спустя два года, в марте 1934-го, в СССР отправилась коллега Йербюри, Мэри Жаклин Тирвитт, выпускница курсов Королевского садоводческого общества и бывшая студентка Лондонской архитектурной ассоциации12. Тирвитт в 1940-е годы станет одним из деятельных членов британской группы по исследованию современной архитектуры MARS. Она, как и многие её единомышленники, развивала идеи модернистского градопланирования, но не корбюзианской версии, а адаптированной концепции города-сада и идеи Патрика Геддеса. В 1940-е годы Тирвитт сотрудничала с журналом The Architect’s Yearbook, основанным Джейн Дрю. Авторы издания размышляли о том, как утопические социальные и эстетические проекты модернизма 1930-х могут помочь послевоенному британскому строительству13, и статья Мэри Жаклин Тирвитт открывала первый номер журнала в 1945 году14.

16 1 Ward S. Soviet Communism and the British Planning Movement: Rational Learning or Utopian Imagining? P. 502.

17 2 Moscow in the Making / E. Simon, Sh. Simon, W. A. Robson, J. Jewkes. 1937. Reprint, Abingdon; New York: Routledge, 2014. P. XII.

18 3 Taylor N. The Mystery of Lord Marley: Nicole Taylor on the Trail of an English Peer in Stalin’s Jewish Autonomous Region //The Jewish Quarterly. 2005. Summer. No 198.

19 4 Dodd K. Planning in the USSR // Journal of the Town Planning Institute. 1933. No 20. P. 34.

20 5 Webb S., Webb B. Soviet Communism: A New Civilisation? 2 vols. London: Longmans, Green, 1935. Во втором издании 1937 года вопросительный знак из названия книги был убран.

21 6 Приезжают английские архитекторы // Красная газета.1932. 9 июля. Вечерний выпуск. С. 2.

22 7 Встреча советских и английских архитекторов // Красная газета. 1932. Июль 19. Вечерний выпуск. С. 2.

23 8 Фотоархив Йербюри находится в Лондонской архитектурной ассоциации.

24 9 Yerbury F. Impressions of Russia. P. 124.

25 10 Там же. P. 128.

26 11 Там же. P. 117.

27 12 RIBA. Jaqueline Tyrwhitt archive. Box 63.

28 13 Shoshkes E. Jaqueline Tyrwhitt and Transnational Discourse on Modern Urban Planning and Design, 1941-1951 // Urban History. 2009. 36. No 2. P. 265.

29 14 Tyrwhitt J. Town Planning // The Architect’s Yearbook. Vol. 1. London: Elek Books Limited, 1945. P. 11.