История народных университетов в Российской империи: что за учебные заведения это были?
2026-02-21 14:33 Diff
https://skillbox.ru/media/education/istoriya-narodnykh-universitetov-v-rossiyskoy-imperii-chto-za-uchebnye-zavedeniya-eto-byli/

#былое

  • 22 сен 2023
  • 0

История народных университетов в Российской империи: что за учебные заведения это были?

Это были нестандартные, но очень популярные учебные пространства, где учились ради знаний, а не ради «корочки».

Иллюстрация: Wikimedia Commons / Annie для Skillbox Media

Журналист, историк по образованию. Копается в исторических документах, читает статьи и книги исследователей. Может объяснить философские концепции через цитаты из «ВКонтакте» и рассказать о популярных заблуждениях о прошлом.

Из этой статьи вы узнаете:

  • в какой стране впервые появились народные университеты и как практика их создания пришла в Россию;
  • кто открывал народные университеты и почему власти эти заведения не очень-то любили;
  • чему и кого учили в народных университетах и что необычного было в их устройстве;
  • как большевики закрыли народные университеты, а затем открыли свои.

Народные университеты — это просветительские организации для взрослых людей, которые не могли учиться в настоящих университетах из-за низкого сословия и нехватки базового образования. Открывали их энтузиасты.

Первые такие организации появились в Дании благодаря усилиям священника, писателя и философа Николая Грундтвига (1783–1872). Его сподвижники собрали средства и в 1844 году создали два народных университета.

Программу учредители стремились подстраивать под потребности слушателей — давать им практически полезные знания и навыки для ведения хозяйства или профессиональной деятельности. Но в то же время целью было и повышение культуры.

Обучение в датских народных университетах организовали в формате лекций общеобразовательного характера, без чёткой программы. Экзаменов и оценок не было. Если слушатель желал, ему могли выдать свидетельство об окончании, но силы диплома вуза эта бумага не имела.

Содержались народные университеты на частные пожертвования и доход в виде платы за посещения, но она была почти символической, чтобы простые люди могли её себе позволить. На учёбу принимали людей не моложе 18 лет, независимо от пола, окончивших народные школы.

Популярность в Дании народные университеты обрели в 1860-е годы, особенно после Второй Шлезвигской войны. Свою роль здесь сыграла концепция «живого слова» Грундтвига. Значительное место отводилось изучению народных песен, отечественной истории и мифологии. Так учебные заведения становились инструментом развития национального самосознания и борьбы с распространением немецкой культуры.

К концу XIX века народные университеты распространились и в Норвегии, Швеции, Финляндии, а позднее появились и в Германии.

Параллельно в Англии открывались похожие учебные заведения — открытые университеты (University Extension по-английски). Потом мода на них достигла США, Австро-Венгрии и Франции.

Николай Загоскин
Фото: Wikimedia Commons

Российская интеллигенция, конечно, тоже заметила этот «тренд». Он очень хорошо отвечал распространившейся в России второй половины XIX века идее о том, что, просвещая народ, можно изменить отечество к лучшему. Эта идея была основой народнического движения. Вот как говорил об этом историк, общественный деятель, профессор и ректор Казанского университета Николай Загоскин:

«Главная сила народа — в знании. Сделать широко доступными научные знания есть надёжное и самое необходимое оружие в борьбе за существование. Знание, как основа благосостояния вообще, есть вернейшее средство разрешить все сложные задачи нашего времени».

К тому же в России того времени доступ к официальному высшему образованию был ограничен не только для низших сословий (правда, не по сословному принципу, а просто в силу образовательного ценза — попросту говоря, выходцам из крестьян не хватало школьной базы для поступления), но и для всех женщин, евреев, а также — гласно или негласно — для прочих иноверцев. Поэтому стало развиваться негосударственное образование — в том числе народные университеты.

Предшественниками их стали различные курсы. Например, в селе Смоленском под Петербургом в 1883 году заработала Смоленская школа (или Смоленские классы), а в 1897 году в Москве открылись Пречистенские рабочие курсы. Смоленские классы к 1900 году состояли из начальной школы, различных классов, курсов и лекций, в том числе — по подготовке к экзаменам на аттестат зрелости (то есть за курс обучения в классических гимназиях, что позволяло поступить в настоящий университет) и к экзаменам на звание учителя (в Российской империи можно было стать учителем начальной школы, даже не имея специального образования, просто сдав соответствующий экзамен). Пречистенские рабочие курсы к 1908 году объединяли три основных звена: низшую школу (то есть начальную), среднюю школу и высшую (университетские дисциплины). Когда появились народные университеты, у них была похожая организация.

Негосударственные учебные заведения Российской империи можно условно разделить на частные и общественные. Первые открывались на средства, как правило, одного основателя и должны были приносить ему доход, а вторые создавались общественными организациями и филантропами не ради заработка, а с просветительской целью. Народные университеты относились ко второму типу.

Первым учебным заведением, открывшимся в России под названием «народного университета» стали общеобразовательные курсы, которые организовало Педагогическое общество взаимной помощи. Это произошло в Петербурге в 1897 году. Однако власти эти курсы вскоре закрыли.

Дело в том, что идея народных университетов нашла сочувствие среди либеральной общественности, и это очень не понравилось властям. Государство, опасаясь распространения «левых» идей, жёстко контролировало даже мельчайшие вопросы учебной сферы — от учебной программы до внешнего вида и личной жизни учащихся.

Группа слушателей у доски с распоряжениями, 1904 г.
Фото: Государственный центральный музей современной истории России / История России в фотографиях

В сфере негосударственного образования власти хотели иметь такой же уровень контроля. Многих видных деятелей движения за народные университеты полиция и вовсе считала неблагонадёжными, и за ними следили агенты охранки.

Впоследствии власти часто препятствовали деятельности народных университетов. Так, некоторые лекции, в которых могла быть критика правительства (например, на тему «Наше финансовое хозяйство»), не допускали к прочтению. Бывало, что афишу мероприятия до последнего не подписывал полицмейстер (получить такое одобрение требовал закон). Из-за этого, например, не состоялись лекции А. Н. Коломогорова «Краткий курс первобытной культуры» и «Происхождение человека» в Воронежском обществе народных университетов.

Однако ситуацию изменила первая русская революция (1905–1907), из-за которой, с одной стороны, власти вынуждены были пойти на уступки, а с другой — сильно оживились общественные движения. В результате стали массово открываться общества народных университетов. Они появились не только в Петербурге и Москве, но и в Казани, Нижнем Новгороде, Оренбурге, Смоленске, Саратове, Воронеже, Пскове, а также Самаре, Екатеринодаре (Краснодаре), Тифлисе, Киеве, Уфе, Твери, Валуйках (город в Белгородской области), Ростове, Астрахани, Баку.

Эти общества и открывали народные университеты — такое название получили группы аудиторий в разных частях города и пригорода, а также в соседних городах. В строгом смысле слова это были даже не учебные заведения и уж тем более не настоящие университеты, а просветительские общественные организации. Они арендовали учебные помещения, музеи, театральные залы и залы фабрик, где устраивали лекции для всех желающих. Также открывали воскресные школы, музеи и библиотеки, устраивали экскурсии.

Деятельность обществ народных университетов регулировалась уставами. Членом общества можно было стать с 21 года независимо от пола, национальности, вероисповедания и положения, а в случае Астраханского и Санкт-Петербургского обществ — независимо и от возраста. Члены общества вносили разные вклады в его создание и функционирование: платили членские взносы, организовывали занятия, читали лекции. Все важные вопросы, например избрание правления, решались на общих собраниях. Ежегодно общества публиковали отчёты о количестве прочитанных лекций, их тематике, специфике работы, контингенте слушателей, а иногда и финансах.

Средства на свою деятельность общества собирали из членских взносов, пожертвований, доходов с устраиваемых мероприятий, платы за лекции, прибыли с принадлежащих обществам капиталов и даже иногда из правительственных пособий. Отношения с властью у народных университетов были сложные, с одной стороны — противодействие, с другой — случалась и поддержка. Например, Воронежское губернское земство выделило народному университету субсидию на ремонт помещения.

В 1906 году Санкт-Петербургское общество народных университетов смогло даже провести Всероссийское совещание деятелей общественных народных университетов. На нём присутствовали 500 делегатов со всех уголков империи. Правда, выработать чёткое определение «народного университета» съезду так и не удалось. А второй съезд, запланированный на 1912 год, полиция провести уже не разрешила.

Из-за того что статус народного университета действовал на власти раздражающе, организующие их общества вынуждены были мимикрировать под более нейтральные понятия — «общества просвещения», «содействия народному образованию», «общеобразовательные курсы» и так далее.

Положение этих просветительских обществ было нестабильным: они то открывались, то закрывались и по большей части существовали недолго. Свою роль тут играло и отсутствие собственных помещений, а также нехватка финансирования. Такая же недолгая судьба из-за нехватки ресурсов, кстати, была у многих новых университетов, которые в большом количестве открылись вскоре после революции 1917 года.

Помимо обществ народных университетов, до 1917 года были открыты три так называемых «вольных» народных университета:

  • Московский городской народный университет имени А. Л. Шанявского (1908);
  • Томский народный университет имени П. И. Макушина (1915);
  • Нижегородский народный университет (1916).
Здание Московского городского народного университета имени А. Л. Шанявского на Миусской площади, Москва
Фото: Центральный государственный архив города Москвы / Главархив Москвы

В декабре 1916 года Министерство народного просвещения (МНП) утвердило также уставы Киевского народного университета и Харьковского народного дома наук. Но из-за революционных потрясений 1917 года нормально заработать они так и не успели.

От обществ народных университетов вольные народные университеты отличались юридическим статусом: государство признавало их частными учебными заведениями. Все три вольных университета были основаны не общественными объединениями множества людей, а частными меценатами.

Так, крупнейший и самый известный из народных университетов — имени А. Л. Шанявского в Москве получил название в честь своего основателя и идеолога. Это был золотопромышленник, а в прошлом — генерал Альфонс Леонович Шанявский (1837–1905). Молодость его прошла в годы реформ, и он горел идеей просвещения. В 1894 году он пожертвовал крупную сумму на обустройство Женского медицинского института, а вот как он писал о своей главной мечте:

«Все свои средства оставить на такое высшее учебное учреждение, где могли бы свободно, без требования аттестатов зрелости и пр. учиться и мужчины и женщины, и русские и нерусские, одним словом, все, кто учиться желает».

При жизни Шанявский успел подать ходатайство в Московскую городскую думу об учреждении народного университета. Однако в 1905 году он умер от туберкулёза, завещав будущему университету всё своё имущество. Завершила дело уже вдова Шанявского — Лидия Алексеевна (в девичестве Родственная) — тоже известная подвижница в деле народного образования. Несмотря на долгие и жёсткие прения в Государственной думе, в 1908 году ей разрешили открыть университет.

Альфонс Леонович Шанявский
Фото: Wikimedia Commons

Кроме завещанного капитала, остальные средства собирали, что называется, всем миром. Так, для создания библиотеки благотворители пожертвовали университету Шанявского более 18 000 томов книг. А Московская городская дума безвозмездно выделила площадку под строительство здания для него. Здание, кстати, было инновационным по тем временам: самая большая аудитория, вмещавшая 600 человек, располагалась под большим стеклянным потолком, и специальная электрическая штора за несколько минут превращала это светлое помещение в кинозал.

Народный университет в Томске основал просветитель Пётр Иванович Макушин (1844–1926), крупный сибирский книготорговец, издатель и просветитель. До университета он создал на Алтае миссионерское училище «для туземных мальчиков», а затем — первую не только в Сибири, но и в России бесплатную Народную библиотеку, много делал для распространения грамотности. С 1902 года он пытался открыть в Томске народный университет, пожертвовав в общей сложности на это дело 325 тысяч рублей. Это примерно соответствовало годовому жалованью 72 ординарных университетских профессоров или ста неординарных профессоров.

Здание Народного университета в Томске
Фото: Wikimedia Commons

А в создании Нижегородского народного университета большую роль сыграл биолог, бывший профессор Варшавского и Московского университетов Дмитрий Фёдорович Синицын (1871–1937). Он писал:

«Старый университет организован так, что лишь очень небольшая часть населения имеет возможность приобщиться к высшему знанию — только те счастливцы, у которых есть аттестат об окончании средней школы и которые могут жить в университетском городе. Между тем опыт народных университетов, и в особенности в той их форме, которая известна в Англии под названием „тьюторских классов“, с несомненностью доказывает, что университетское образование может быть доступно широким слоям населения, что университет может распространять свою деятельность далеко за пределы города, где находятся его центральные помещения, и, наконец, что слушатели из народа являются не только объектами университетского воздействия, но и сами могут принять деятельное участие в творческой работе университета».

Хотя народные университеты и создавались на частные и общественные деньги, они формально всё равно находились в ведении городских дум — те формировали их попечительские советы и правления. В составлении уставов вольных университетов участвовали либерально настроенные профессора императорских университетов. В этих документах подчёркивалось, что учебное заведение «имеет целью служить широкому распространению высшего научного образования и привлечению симпатий народа к науке и знанию».

Чтобы поступить в обычный университет Российской империи, нужно было сдать экзамены за курс классической гимназии с латинским языком и множеством других предметов. Для поступления в специализированные технические вузы требовались знания в объёме реального училища (это были школы с математическим и техническим уклоном) и нужно было ещё сдать вступительные испытания, а конкурс был высоким. Кроме того, любой студент обязан был иметь свидетельство о благонадёжности и соблюдать массу правил и ограничений.

В народные же университеты принимали всех желающих старше 16 лет без каких-либо других ограничений. Правда, обучение было платным, так как средств благотворителей всегда не хватало. Но, во-первых, в императорских университетах обучение тоже было платным (льготы предусматривались лишь для отдельных категорий, и общее количество «бесплатников» в каждом университете не должно было превышать 15%). Во-вторых, стоила учёба в народных университетах недорого — от 5 до 20 копеек за лекцию. Можно также было записаться на годовой курс: в университете Шанявского в 1910–1911 годах это стоило 30–45 рублей. Это было сравнительно недорого. Например, учёба в государственных университетах стоила 100–200 рублей в год, а на высших женских курсах — 100–300 рублей в год.

Что касается образовательной программы, то народные университеты нельзя однозначно причислить к какой-либо из ступеней образования. В них сочетались высшая, средняя общеобразовательная и многоотраслевая профессиональная школы, и одновременно это был просто просветительский проект.

Например, в университете Шанявского были академическое отделение, научно-популярное и отделение для дальнейшего усовершенствования и переподготовки «людей практики». Академическое отделение по программе приближалось к университетам (но могло включать и сторонние курсы), имело аналоги факультетов и было рассчитано на лиц с подготовкой в пределах средней школы. Курс обучения на нём занимал три года. В Томском народном университете — столько же, в Нижегородском — два.

В научно-популярном отделении учились те, кому не хватало среднеобразовательных знаний. Полный курс там занимал четыре года.

В народных университетах даже вели научные исследования. Университет Шанявского имел хорошие лаборатории и стал крупным центром физики и биологии. В области гуманитарных наук он тоже заслужил достаточно высокий авторитет. Всё — благодаря выдающимся преподавателям. Среди них, кстати, были и женщины, входили они и в попечительский совет. В обычных же университетах в то же время женщины-преподавательницы были уникальными исключениями, что неудивительно в условиях, когда даже учиться там женщины не могли.

Сотрудники лаборатории экспериментальной биологии Университета имени А. Л. Шанявского (сидят слева направо: М. М. Завадовский, Р. И. Гальперин, В. В. Ефимов, Н. К. Кольцов, Г. И. Роскин, И. Л. Кан; стоят слева направо: С. А. Серебровский, И. Г. Коган, С. Н. Складовский, В. Г. Савич)
Фото: Архив Российской академии наук

Слушатели народных университетов могли собрать свой уникальный, как сейчас сказали бы, образовательный трек из курсов по различным предметам. Вообще, там были разные опции: можно было записаться на несколько курсов или только на один пред��ет, либо вовсе выборочно ходить на лекции, оплачивая их «поштучно».

Именно из лекций, разовых и систематических, общих и специализированных, в основном и состояло обучение. Но практические занятия тоже проводились. Выбор тем был огромный: местное самоуправление и кооперация, дошкольное воспитание и электротехника, библиотечное, холодильное, механическое и литейное дело, устройство паровых котлов и творчество Пушкина, Отечественная война 1812 года и Семенная контрольная станция, астрономия и самолётостроение, медицина и абсолютно новый предмет — гражданское воспитание.

При этом народные университеты старались учитывать запросы самих слушателей, собирая от них в конце учебного года информацию, чему они хотели бы учиться.

Занятия в народных университетах обычно проходили по вечерам, так как многие слушатели совмещали учёбу с работой. Учащиеся представляли собой очень пёструю публику: рабочие, служащие, военные, священнослужители и даже студенты обычных вузов. Уровень образования у них тоже, соответственно, был разным.

Как правило, народные университеты создавались в городах, где были и настоящие вузы. Причина проста: лекции читали профессиональные преподаватели. Силами одних только приезжих лекторов организовать систематическое расписание было трудно. Хотя в Нижнем Новгороде и Воронеже была именно такая ситуация — туда ездили профессора и доценты из Москвы. Кстати, многие преподаватели читали лекции в народных университетах бесплатно из сочувствия к делу просвещения.

Обучение в народных университетах не давало слушателям ничего, кроме знаний. Когда создавался университет Шанявского, предполагалось, что он будет выдавать дипломы, но в ходе дебатов в Госдуме из устава университета вычеркнули пункт, где шла об этом речь. Остальные подобные учебные заведения тоже не получили такого права.

Но неформальный статус образования не мешал популярности народных университетов — люди шли туда именно за знаниями, а не «корочками». Так, если в 1908 году в университете Шанявского учились 400 человек, то в 1917-м — почти 7 тысяч. В Санкт-Петербургском народном университете (он был основан соответствующим обществом) за 1906 год было 10 500 слушателей, а за 1908-й — уже 49 500. Всего за 1906/1907 учебный год там прочитали 214 лекций, из которых 182 представляли собой законченный цикл от двух до семи занятий. Некоторые лекции привлекали по несколько сотен слушателей.

После революции существование вольных учебных заведений быстро стало несовместимым с советской властью. Народные университеты национализировали, а потом и закрыли.

Так, университет Шанявского проработал при большевиках до 1919 года, затем был ликвидирован согласно постановлению Совнаркома «об устранении параллелизма». Некоторая часть сотрудников перешла на работу в министерскую академию народного образования, а здание заняли сначала Коммунистический университет имени Я. М. Свердлова, позднее — Высшая партийная школа КПСС. Ныне оно принадлежит Российскому государственному гуманитарному университету.

Университет Макушина в Томске также был закрыт в 1919 году. Интересно, что шесть лет спустя его восстановили, но он снова закрылся из-за финансовых проблем, толком даже не начав работу.

А на базе Нижегородского народного университета возник Государственный университет имени Н. И. Лобачевского — один из крупнейших современных российских вузов.

Общества народных университетов также закрылись.

Однако это был не конец. В 1950-х народные университеты стали открываться вновь. На этот раз — как форма массовой культурно-просветительской работы, пропаганды научно-технических знаний и знаний вообще, военно-патриотического воспитания. Наибольшее распространение советские народные университеты получили в 1970–1980-е годы. Их открывало общество «Знание», министерства просвещения, культуры, здравоохранения, творческие союзы и профсоюзы. Так что можно сказать, что народные университеты стали основой советской системы популяризации науки.

В конце 1980-х — начале 1990-х годов на смену народным университетам пришли различные курсы для взрослых при высших и средних учебных заведениях.

За границей российские эмигранты тоже создавали свои народные университеты, тем более что среди покинувших страну с 1917 по 1920-е годы было много бывших профессоров и доцентов. Эмигрантские русские народные университеты появились в Праге, Париже, Белграде, Берлине, Лондоне, Софии, Варшаве, Таллине, Риге, Чикаго и других городах. Они работали на принципах университета Шанявского и тоже давали всем желающим знания, но не диплом. Особой популярностью там пользовались курсы иностранных языков, а также профессиональные (например, по основам технических знаний), словом, то, что помогало людям обустроиться на новом месте.

С конца 1920-х годов эмигрантские народные университеты стали терять популярность и испытывали острую нехватку ресурсов. Выжившие превратились в просветительские организации по популяризации российского культурного наследия. Окончательно их добила Вторая мировая война.

Основные источники:

Научитесь: Профессия Методист с нуля до PRO + ИИ Узнать больше