Что такое проактивность и можно ли ей научиться
2026-02-21 10:25 Diff
https://skillbox.ru/media/education/chto-takoe-proaktivnost-i-mozhno-li-ey-nauchitsya/

#статьи

  • 8 фев 2023
  • 0

Что такое проактивность и можно ли ей научиться

Какие конкретные характеристики включает в себя это модное понятие и как их оценивать?

Фото: Morsa Images / Getty Imaes

Обозреватель Skillbox Media. Магистр по научной коммуникации, интересуется социологией науки, историей и будущим образования.

Проактивности сейчас требуют и от школьников, и от студентов, и от сотрудников на работе — но что реально стоит за этим понятием? И можно ли оценить, насколько человек проактивен? А главное — можно ли научить проактивности как особой компетенции или это врождённое качество личности, и кому-то «дано», кому-то нет? Обо всём этом Skillbox Media рассказали исследователи из стратегического проекта Высшей школы экономики «Успех и самостоятельность человека в меняющемся мире». Он посвящён исследованию различных форм самостоятельности и созданию инструментов для её поддержки и развития.

Кто помог нам разобраться

Ведущий научный сотрудник, заведующий лабораторией исследований человеческого потенциала и образования Института образования ВШЭ. Руководитель направления «Проактивное поведение и самостоятельность» (в рамках стратегического проекта «Успех и самостоятельность человека в меняющемся мире»).

Научный сотрудник лаборатории непрерывного образования взрослых Института образования ВШЭ. Координатор стратегического проекта «Успех и самостоятельность человека в меняющемся мире».

Проактивность (как синонимы мы используем термины «агентность» и «активная самостоятельность», «стратегическая самостоятельность») на самом деле описывает целую группу характеристик, полезных сейчас в разных сферах жизнедеятельности, включая экономику, особенно в предпринимательстве. Если сказать упрощённо, проактивность — это способность эффективно действовать в ситуации неопределённости, когда нет очевидных регламентов и шаблонов поведения и человеку нужно принимать решения самостоятельно, действовать через укрепление себя — расширение своих возможностей, трансформацию непосредственной жизненной среды или макроструктур.

При этом проактивность (самостоятельность) можно разделить на исполнительскую и стратегическую. Исполнительская самостоятельность на рабочем месте — это самостоятельное решение текущих тактических проблем. Стратегическая самостоятельность связана со стратегией действий на более долгий срок, готовностью самостоятельно ставить новые цели и находить пути их достижения.

Ещё одна сторона проактивности касается личности самого человека — это готовность изменять самого себя ради больших возможностей. Умение видеть свои дефициты и выбирать нужные технологии саморазвития — одна из граней проактивности.

Если обобщить, то главная черта проактивности — создание нового, но не просто ради новизны, а для достижения индивидуального и коллективного благополучия.

В исследованиях в рамках нашего стратегического проекта «Проактивное поведение и самостоятельность» мы пытаемся зафиксировать не просто то, какие новые формы действия появляются, а ещё и то, какие полезные эффекты они генерируют. Например, мы точно знаем, что, если ребёнок в состоянии создать онлайн-сообщество, — это признак того, что он будет более эффективен в условиях самостоятельного обучения, дистанта и всего остального.

Один из них мы как раз привели выше: если школьники создают, например, во «ВКонтакте» онлайн-сообщества про что угодно, будь то хобби или дополнительное образование, — это проактивность. Мы выяснили в процессе исследований, что ученики средней и старшей школы, которые во время пандемии были инициаторами создания новых онлайн-сообществ, гораздо успешнее пережили этот период. У них улучшились навыки, они увидели возможности для саморазвития.

Фото: Kostiantyn Voitenko / Shutterstock

А вот пример проактивности в семье. Из исследования про пандемию мы знаем, что примерно треть российских семей в тот период осознанно вырабатывала новые правила поведения, и в некоторых семьях дети в этом участвовали. То есть им не просто мама сказала, что теперь надо делать так-то (например, «Мы теперь всегда моем руки перед едой и после еды», «Мы теперь не трогаем дверные ручки в подъезде без перчаток»), а они обсудили это вместе и решили, как будет лучше.

Нет, сказать так было бы большим преувеличением. В бизнесе полезны не любые инициативы, а только те, что повышают отдачу на единицу времени, привлекают новые инвестиции в компанию.

По интервью с работодателями мы видим, что от сотрудников на стартовых позициях требуют обычно лишь самоорганизации: будь организован, хорошо справляйся с трудностями, но лишь в пределах поставленных тебе задач. И только когда сотрудник достигает управленческих позиций, от него требуют именно активной самостоятельности и стратегического видения перспектив.

Это зависит от того, с какой точки зрения посмотреть. Когда человек пытается изменить внешнюю структуру, всегда кому-то из окружающих становится неудобно, и возникает напряжение. Поэтому каждый, кто предлагает что-то новое, особенно в бюрократической структуре, неминуемо сталкивается с сопротивлением, и его личный уровень благополучия от этого падает. Нужны настойчивость и целеустремлённость, чтобы преодолеть сопротивление. И только на финальных этапах, когда человек прорвался через все тернии, уровень индивидуального и коллективного благополучия повышается и проактивность становится полезной.

Иными словами, в тактическом плане неизбежны негативные эффекты проактивности как для самого человека, который её проявляет (она может приводить к конфликтам с окружающими), так и для среды вокруг. Но стратегически проактивность в конечном счёте, скорее всего, принесёт благо и среде (она меняется к лучшему благодаря проактивным людям), и самому человеку, ведь наращивание опыта проактивности помогает ему в будущем справляться с неожиданными проблемами в разных сферах жизни, спокойнее работать с трудными ситуациями.

Фото: fizkes / Shutterstock

Сейчас можно выделить три подхода к оценке. Первый — когда проактивность оценивается через деятельностные индикаторы, то есть по тому, что человек создал. На данный момент это, пожалуй, наиболее удачный подход. Но проблема в том, что мы не можем подобрать универсальный набор деятельностных индикаторов, актуальных для оценки проактивности и школьников, и студентов университета, и сотрудников, занимающихся разными рабочими задачами.

Второй подход — оценка через опросники по различным индикаторам проактивности. Ключевыми среди них считаются самоэффективность, внешний или внутренний локус контроля, позитивное отношение к жизни, инновационное поведение. По каждому из этих индикаторов есть валидизированные опросники, и их можно использовать для оценки проактивности. Но минус любых опросников в том, что люди склонны давать в них социально желательные ответы. Этот эффект можно нивелировать, опрашивая как можно больше людей, однако полностью он не снимается. Кроме того, исходя из наших наработок можно сказать, что опросники не охватывают всех граней проактивности.

Поэтому мы стремимся разработать третий подход к оценке. Пока это лишь идея: можно было бы создать компьютерную игру, заложив в неё паттерны поведения, соответствующие различным уровням проявления этого качества. Анализируя, какие решения принимает игрок, как он выстраивает стратегию и ставит цели, каких результатов добивается, можно будет сделать вывод о том, как развита у него проактивность. Создание такой игры — задача будущего. Мы считаем, это путь, по которому оценка проактивности будет развиваться дальше.

Практикам стоит выделить в своей среде (например, в своей компании) примеры людей и команд, которые уже как-то демонстрируют проактивность. По этим примерам (деятельностным индикаторам) можно определить, как именно в вашем поле работы строятся успешные траектории, и остальные оценивать по аналогии с ними.

При этом надо учесть, что во всех сферах бывают реальные кейсы, а бывают декорации (когда что-то делается для галочки; это не проявления настоящей проактивности). Поэтому важно выделять именно реальные кейсы и отталкиваться от них как от примера.

Опросники тоже можно использовать, но поскольку научное осмысление проактивности ещё на ранней фазе, то сейчас правильнее исходить из запросов самих акторов — то есть людей, которые демонстрируют проактивность. В наших интервью, проведённых в разных компаниях, HR-специалисты часто говорят: «Да, есть батареи тестов, но мы уже навострились сами определять, что именно для нашей компании проактивность и самостоятельность». Для них это очень важно, но определяют эти качества они скорее на глаз.

Трудно сказать однозначно, в какой степени на проактивность человека влияют биологические факторы, потому что наследственность пока для нас — «чёрный ящик». Но мы предполагаем, что действительно есть гены, которые задают изначальные предпосылки развития проактивности. Это значит, что, скорее всего, у каждого человека есть свой генетически заложенный предел, потолок.

Однако формируется проактивность, конечно, в течение жизни, и на это можно влиять. Институты образования, безусловно, воспитывают в человеке стремление к деятельности.

Фото: fizkes / Shutterstock

Вообще, проактивность связана с двумя наборами характеристик. Первый — это внешние условия, то есть среда, в которой вырос человек (семья, образование, социум, разные общественные институты, которые он посещал). Второй — внутренние условия, а они формируются как раз под воздействием внешних. Причём сейчас в мире происходит деструктурация: социальные структуры становятся более гибкими и изменчивыми, и от каждого человека требуется всё больше проактивности.

Но насколько мы видим по нашим исследованиям, гарантированных способов развития проактивности всё-таки нет. Потенциал развития, наверное, имеет каждый человек, но какие именно триггеры в каких ситуациях и с кем лучше работают, науке пока неизвестно.

Исходя из того, что мы видели и что можно дать как общую рекомендацию, — полезно создавать человеку задачи с горизонтом развития, как бы тестовые ситуации. В интервью HR-специалисты различных компаний приводили такую метафору: не бросать человека в открытое море, а помещать в некий канал небольшой глубины, где есть ответвления. Смысл в том, чтобы он не «утонул», но было видно, плывёт он или нет и как именно выбирает направление.

Но подчеркнём ещё раз: готовых инструментов и гарантий нет. Тут важна и мотивация самого человека. На неё можно влиять, но с детьми это получается проще, чем со взрослыми.

В образовательных ситуациях человеку нужно давать как можно больше свободы. Но это не должно быть и анархией, при которой учащийся что хочет, то и делает. Нужен мягкий контроль со стороны преподавателя.

Мы понимаем, что традиционная система образования в основном построена по принципу «стимул — реакция»: ты мне правильно ответишь, а я тебе за это поставлю пятёрку. Мотивация при таком принципе заключается не столько в том, чтобы получить знания, сколько в том, чтобы не схватить двойку.

Развитию же активной учебной самостоятельности способствует иная система, когда учащемуся даётся больше свободы и возможностей действовать самостоятельно. При этом преподаватель постоянно даёт обратную связь, в том ли направлении учащийся движется. Это возможность проявить себя в учебной среде и показать свою самоэффективность. И чем больше ученик верит в себя, тем больше вероятность, что и в дальнейшем он будет развиваться.

Приведём в пример исследование Центра общего и дополнительного образования имени А. А. Пинского. Оно выявило, что среди школ в бедных и неблагополучных районах некоторые школы резильентные. Несмотря на то что там учатся дети из социально незащищённых семей, и у большинства родителей нет высшего образования, ученики там участвуют в олимпиадах, хорошо сдают ЕГЭ, поступают в вузы. Помимо прочего, эти школы отличает принцип: в них дают шанс проявить себя всем.

Когда преподаватель стоит у доски и декларирует своё мнение как единственно правильное, а учащимся потом нужно просто воспроизвести его на экзамене — это точно не способствует проактивности.

Результаты исследования платформы «Россия — страна возможностей» показали, что единственная из универсальных компетенций, которая развивается у российских студентов с первого по четвёртый курс, — навык следования правилам и процедурам.

Стрессоустойчивость, планирование, работа в команде — все эти навыки падают за те же четыре года, а следование правилам улучшается. Это показатель того, что традиционная система преподавания неэффективна, её нужно перестраивать. Один из вариантов — переходить на индивидуальные образовательные траектории.

Фото: Jacob Lund / Shutterstock

А на примере наиболее массового в России курса обучения предпринимательству от РБК — «Инновационная экономика и технологическое предпринимательство» — мы выявили, что чем больше времени преподаватель тратит на проверку знаний, чтобы убедиться, что учащиеся его освоили, тем меньше у его студентов предпринимательских проектов. То есть отдача получается выше у преподавателей, которые были сосредоточены именно на работе с проектами студентов, а не на стремлении дать им больше теории.

Нет, так однозначно сказать нельзя. Например, анализ данных исследования Super Project (оно же Super Test), в котором участвовали студенты инженерных специальностей технических вузов, а также других зарубежных исследований, позволил выдвинуть гипотезу о том, что проектная деятельность положительно связана с уровнем развития критического мышления студентов. Но наши данные показали противоположный результат.

В интервью с преподавателями мы вышли на причины этого парадокса. Дело в том, что проектная деятельность в университетах обычно устроена так: студента вовлекают в деятельность какого-то проекта в центре, лаборатории, на кафедре, ему дают строго определённый набор задач и говорят: сделай A, Б и B. Студент делает требуемые от него действия и сдаёт результат преподавателю.

Пространства для творчества и развития критического мышления при таком подходе практически нет, то есть подобная деятельность в университетах — в основном квазипроектная. Учащиеся не выходят на настоящие внешние задачи, не общаются с реальными заказчиками, а воспроизводят рутинную деятельность. Например, программа «Стартап как диплом» в итоге выродилась в подготовку презентаций без связи с реальным рынком.

Ранние советские исследования, в частности, работы Бориса Ананьева, говорят о том, что возрастные изменения преодолимы при условии соответствующей мотивации и социальной практики у человека. Да и в целом в условиях принципиально новой фазы эволюции человечества и социальных структур, в которой мы живём, глупо говорить, будто есть фундаментальные ограничения для людей зрелого возраста.

Научитесь: Наставничество и управленческий коучинг Узнать больше