«Нас несёт течение, с которым мы стараемся совладать». Как делают журнал «Шило»
2026-02-21 23:07 Diff
https://skillbox.ru/media/design/how-to-shilo/

#Интервью

  • 12 июл 2024
  • 0

«Нас несёт течение, с которым мы стараемся совладать». Как делают журнал «Шило»

Интервью с Настей Петяхиной о вёрстке-сумасшествии, совриске, который пахнет, и дизайне, который звенит.

Пишем про дизайн и искусство. Всё, что вы хотели знать о настоящем, прошлом и будущем визуальной культуры.

«Шило» — альманах о современном искусстве и актуальных художниках Петербурга, который выходит раз в год. Его можно найти во всех модных книжных и в галереях, и его дизайн вызывает у аудитории вопросы, восхищение и недоумение.

Первый номер журнала увидел свет в конце весны 2022 года — это была дипломная работа студентки с курса Мити Харшака в Школе дизайна НИУ ВШЭ. Мы поговорили с основательницей, главредом и арт-директором «Шило», участницей объединения «Щёлочь» Настей Петяхиной о её проекте и о том, какие идеи стоят за макетами, шрифтами и фотографиями.

— Что заставило тебя продолжать выпуски журнала после защиты диплома?

— Я не скажу, что ощущала, будто был выбор, продолжать или нет. Конечно, он у меня был, но проект уже встал на рельсы и начал жить своей жизнью. Напечатанный тираж необходимо было реализовывать, мысли уже сами начали шагать в сторону второго номера, да и ко мне стала присоединяться нынешняя команда редакции. Все хотели делать что-то совместно, продолжать проект.

Видео о журнале для защиты диплома

Выпустив первый номер, я уже понимала, что и где можно сделать лучше, и с точки зрения визуальных решений, и с точки зрения смыслов. В тот момент на полках было не так много классных российских журналов, даже если сравнивать с сегодняшним днём, — время было сложное, так что отсутствие среды мотивировало ещё больше.

Ощущение того, что я своим небольшим проектом оказываю хоть какое-то микровлияние на среду, меня захватывало.

Обложка первого номера
Изображение: Анастасия Петяхина / НИУ ВШЭ

Мне нравится говорить, что «Шило» — это самостоятельный организм, существование которого мы поддерживаем. Мыслей остановить его жизнь у меня не возникало.

— Ты и дизайнер, и редактор. Как ты совмещаешь две полноценные роли?

— Помимо этого я ещё преподаватель в университете, веду свой онлайн-курс по типографике и постоянно работаю как независимый дизайнер-фрилансер над проектами моих заказчиков.

Работа студентки Петербургской ШД НИУ ВШЭ Ники Кириченко, куратор Настя Петяхина
Изображение: @shilomagazine / Telegram

Я люблю все дела, которыми занимаюсь. Если не люблю, то не занимаюсь — правило очень простое. Когда испытываешь реальную любовь, то и относишься ко всему иначе.

И я очень люблю обе части моей работы в «Шило». Как для дизайнера это больше для меня отдых, чем работа, ведь это проект, где на меня никто не давит сверху, я сама принимаю все визуальные решения — вообще все. Это полезно — работать с самим собой: вдруг понимаешь, что ты сам себе лучший критик и самый требовательный заказчик. И я стала значительно лучше понимать своих заказчиков, соответственно. Win-win!

Материал о петербургском Доме радио
Изображение: «Шило» / @domradio_online / Telegram

А быть главредом уже не так весело. Потому что это менее понятная мне область, но не менее интересная. Я в ней много учусь, ошибаюсь и очень это люблю. Это моя точка роста, отчего рождается практически животный интерес к делу.

Идти не по какому-то понятному пути, а самому искать тропинку, освещая свой путь периодически потухающим фонариком… Это дарит возможность экспериментировать, искать, пробовать, грубо говоря — постоянно находиться в тонусе. Такая фоновая перманентная активность мозга мне подходит: всегда есть куда интегрировать свои самые сумасшедшие идеи, не оставляя их в столе.

Разворот из третьего выпуска
Изображение: «Шило»

— Какие референсы у дизайна журнала? Реф-борд один на весь проект или для каждого выпуска отдельный?

— Референсы ― не основной наш подход. Конечно, я всегда пополняю свою базу насмотренности в голове, исследую, как визуально, так и контекстуально, большое количество изданий. Меня многое вдохновляет ― от всем известных современных журналов, как 032c или архивный Dazed and Confuzed, до личных архивов старых постсоветских самиздатов и даже найденных на просторах интернета изданий XV–XVI веков.

Изображение: «Шило»

Но референсы в нашем случае ― это лишь набор вариантов решений задач, разных характеров и их исполнений. Главная отправная точка в рамках номера и материала — идея, которую мы хотим этим визуальным решением донести. Именно на эту идею и делается упор: все выбранные средства, решающие эти задачи, даже съёмки ― всё направлено на неё.

Для каждого материала отдельно прорабатывается месседж, который хочется транслировать. Собирается реф-борд, подкреплённый мудбордом, и только потом в вёрстке рождается синтез, докручивается до состояния «звона». Как только в нём всё срастается, я отпускаю его и начинаю работать над новым.

— Вёрстка сразу получается такой харáктерной, дикой, или ты делаешь несколько подходов к каждому развороту и накидываешь эффекты?

— Подходов множество! Журнал делается целый год, поэтому каждый материал претерпевает большое количество изменений.

Сначала всё базово раскидывается по сетке, без каких-либо характерных отсылок ― чтобы всё ровно и чисто стояло. Потом выбираются и расставляются фотографии. Только после этого происходит визуальное усложнение, если оно требуется.

Это игра на кончиках пальцев на самом деле. Часто бывает, что материал висит свёрстанным несколько месяцев, я возвращаюсь к нему и понимаю, что пока не работает. А спустя время откуда-то свыше приходит понимание, чего не хватает или в какую сторону лучше увести образ.

Очень ценю, что зачастую есть время отложить, чтобы не перенадумать.

Материал о Limonov Art Foundation в третьем выпуске «Шило»
Изображение: «Шило» / @limonovartfoundation / Telegram

Отстранённый взгляд помогает точнее отлавливать ошибки или недоработки, которые мешают материалу «зазвенеть», плюс жизнь иногда даёт прекрасные подсказки. Идёшь по городу, видишь, как на старой вывеске обшарпались буквы, и думаешь: «Вот оно! Такой шрифт туда нужен!»

— Какая метафора в логотипе «Шило»?

— С лого связана интересная история. Шрифт, которым он набран, я сама разработала ещё на третьем курсе университета. Конечно, я знать не знала, что использую его когда-то вообще. Это был мой самый первый шрифт — он неказистый, неровный, многие слова в нём просто не работали.

Когда нашёлся нейминг и наступил момент разработки лого, я понимала, что он должен в первую очередь отражать наше настроение: это острота, декоративность, конкретика. В какой-то момент примерила свой шрифт, и всё сложилось.

Логотип журнала
Фото: «Шило»

Всё хочу его немного докрутить, уточнить, но пока, видимо, не время. Не рождается.

— Художники, о которых вы делаете материалы, влияют на дизайн?

— Конечно, очень!

Наш дизайн прямо зависит от впечатления, которое складывается от художника во время нашей коммуникации с ним, и от того образа, который он транслирует в массы. Именно это визуальный облик каждого материала и несёт в себе, и это же — причина тому, что все материалы отличаются друг от друга.

Статья о художнице Полине Майер
Изображение: «Шило»

Таким образом, мы и сами используем художественный подход к созданию макета ― осознаём, перерабатываем наши чувства и эмоции, полученные от артиста, и зашиваем их в невербальную коммуникацию. Читатель если и не считает это осознанно, то почувствует где-то на подкорке.

— Какой комплимент дизайну журнала ты ценишь больше всего?

— Естественно, приятнее всего получать комплименты от тех, чья экспертность для меня значима, кто и сам работает над крутыми проектами, кто тоже занимается многостраничными изданиями и типографикой или ведёт свой бизнес. Поэтому комплименты от коллег — приятнее всего.

Также крайне приятно получать комплименты каким-то деталям, на которые, как мне иногда кажется, обращаю внимание только я сама. Я стараюсь строить несколькоуровневую визуальную коммуникацию, где помимо быстросчитываемых образов есть нечто более глубинное. Если на это обращают внимание, значит, мне удалось выполнить поставленную задачу — сама я этого оценить не могу, потому что мой взгляд субъективен.

Постер для мероприятия «Шило»
Изображение: «Шило»

— Какая критика дизайна тебе запомнилась?

— О первом номере говорили, что тексты практически нечитабельны. Но, буду честной, меня это не огорчало по нескольким причинам.

Первая — тексты были действительно не ахти, и я это понимала. Я люблю тексты и работать с ними, но всё делалось интуитивно, потому что больше делать это было некому. Думаю, подсознательно (да и сознательно) так я на это и намекала. Мол, друзья, если что, читать не обязательно — просто смотреть картинки тоже ок.

Сейчас мы прокачали тексты и вёрстка, соответственно, стала значительно читабельнее: шрифты крупнее, наслоений и сумасшествия меньше.

Изображение: «Шило»

Вторая причина — смена отношения к критике. Часто те, кто критикуют, не погружаются в вопрос и вводные: «А почему так?» И это нормально, многие не понимают, что часто (всегда) реальность влияет на дизайн. Бюджет, время, силы, средства и многое другое.

Теперь я считаю, что, например, лучше сделать как-то, чем не делать вовсе, что стремление к идеалу может просто довести до того, что проект никогда не запустится. Оля Найдёнова, соосновательница бренда Eburet, недавно пересказала мне прекрасную мысль, которую она где-то прочла. Суть такая: «Если ты способен без угрызений совести и боли смотреть на первые итерации своего продукта, то, вероятно, ты начал своё дело слишком поздно». Это понимание долгое время было мне недоступно.

Онлайн-версия «Шило». Для печатной и для digital-версии создают разные материалы
Скриншот: сайт «Шило» / Skillbox Media

— В чём суть эстетики «Щёлочи»?

— «Щёлочь» в моём понимании — современные визуальные панки!

По моему личному мнению, этот проект — точное олицетворение его основателя, Бориса Шилина, который стал моим, не побоюсь этого слова, другом. Он очень конкретный, честный, открытый и доверяющий человек. Весь коллектив — молодые и горящие своим делом ребята, которые вкладывают силы, голову и энергию в разные частички проектов школы и студии. Боря всегда готов нас услышать и доверяет нашему мнению, прислушивается. Мы с ним, например, часто схватываемся в баталиях то на тему дизайна, то на тему философии, и я счастлива, когда наши мнения расходятся: мы все очень внимательны к точке зрения друг друга.

Реклама «Щёлочи» в третьем номере журнала
Изображение: «Шило»

Это чувствуется в том, как выглядит проект. Он всегда разный, потому что напрямую зависит от того, кто его делает. У каждого из команды есть возможность самовыражаться в работе, что мне кажется самым ценным. Это честно и, думаю, именно эта искренность является главной «фишкой» проекта.

— Что такое современное искусство, сейчас и здесь?

— Это сложный вопрос. С моим мнением можно не согласиться, но я вижу для себя искусство как двигатель прогресса. Мы учимся общаться друг с другом с помощью него.

Когда-то искусство запечатлевало реальность, позже ― идеи. Совриск же фиксирует то, что мы никаким другим образом не способны донести: он «регистрирует» чувства, задаёт вопросы, не задавая их на самом деле, включает у зрителя мыслительный процесс, помогает нам лучше понять друг друга, но уже без слов. Сообщает всё то, для чего невозможно подобрать слова, что не описать, ― именно это нам говорит искусство.

Приведу банальнейший пример, чтобы лучше объяснить мою мысль. Например, у нас нет простого инструмента, чтобы передать человеку на расстоянии запах. Телефон на это не способен, а вот современное искусство ― легко. Бывает, смотришь на работу — холст, фотографию, перформанс или концерт — и чётко ощущаешь, чем оно в твоём восприятии пахнет, какое оно на ощупь, хотя ты можешь не слышать запаха и не трогать это нечто.

Но самое интересное: каждый может воспринимать один и тот же объект искусства по-разному. Я, например, радуюсь, когда у меня расходятся с кем-то впечатления. Это приводит к крайне интересной дискуссии о том, как и почему ассоциации именно такие.

Обложка третьего выпуска
Изображение: Alkali Shop

— Что делает «Шило» похожим на берлинские издания об искусстве и культуре?

— Приятно получить такой вопрос! Рада, что наш журнал создаёт подобное впечатление.

Возможно, это ощущение складывается из-за моего визуального языка ― берлинское настроение в графическом дизайне мне близко. Осмелюсь предположить, что всё дело в характере: мы стараемся, чтобы наш дизайн не просто существовал, а эмоционировал, коммуницировал, был свободным и громким.

Но у нас нет чётко сформулированной цели о том, к какому именно визуальному направлению мы стремимся. Нас несёт течение, с которым мы стараемся совладать.

Второй выпуск альманаха

— О чём дизайнер графики не обязан думать, а что точно должно быть тщательно продумано и обосновано?

— Мне кажется, что вообще никто никому ничем не обязан. Если быть честной, каждый выбирает свой путь и то, каким он будет. Хочешь ― решай только свои задачи, хочешь ― подходи к работе комплексно.

Впрочем, есть несколько граней этого вопроса.

С одной стороны, чем шире профиль дизайнера, тем больше задач он способен охватить. Это удобно заказчику: ему не нужно думать, кто же может закрыть те потребности, которые «стандартный» дизайнер закрыть не в силах. Здорово, когда дизайнер понимает маркетинговую аналитику, методологию процесса и даже те этапы, которыми он не обязан заниматься ― это всегда бонус.

С другой стороны, важно уметь делегировать какие-то части просто потому, что иначе можно разорваться. Слаженная команда ― чаще всего успешнее, чем единоличный дизайнер полного цикла. Все как в поговорке «Одна голова хорошо, а две лучше». Но делегировать больно и сложно, особенно когда проект важен и дорог.

Но, опять же, не думаю, что я могу решать, кто что должен. Каждый способен выбирать тот формат работы, который ему лично комфортен.

Попробуйте бесплатно 4 топовые профессии в дизайне
Пройдите курс по дизайну. Добавьте 4 крутых кейса в портфолио и решите, в каком направлении развиваться дальше. Пройти курс→