Задолго до ЕГЭ: как сдавали экзамены те, кто поступал в университеты царской России
2026-02-21 22:47 Diff
https://skillbox.ru/media/education/zadolgo-do-ege/

#былое

  • 22 июл 2021
  • 0

Задолго до ЕГЭ: как сдавали экзамены те, кто поступал в университеты царской России

Большой исторический экскурс, в котором вы найдёте кое-что общее с нашей эпохой, а что-то вас удивит. Как вам, например, идея поступления по жребию?

Иллюстрация: Катя Павловская для Skillbox Media

Журналист, историк по образованию. Копается в исторических документах, читает статьи и книги исследователей. Может объяснить философские концепции через цитаты из «ВКонтакте» и рассказать о популярных заблуждениях о прошлом.

Споры о том, какими должны быть выпускные школьные экзамены и вступительные в вузы, не утихают. Больше ста лет назад, во времена Российской империи, вокруг этой темы тоже было сломано немало копий. Рассказываем, какой была процедура поступления в университеты тогда и что в ней не устраивало причастных.

Из этой статьи вы узнаете:

В Российской империи XIX — начала XX веков была очень сложная и разветвлённая система среднего образования. В неё входили мужские и женские гимназии, прогимназии, реальные училища, военно-учебные заведения, различные школы, семинарии и другие образовательные учреждения.

Наиболее престижное среднее образование давали классические гимназии. Этот вид учебных заведений изначально был задуман для подготовки будущих абитуриентов университетов. Выпускники иных заведений тоже постепенно получили право поступать в вузы, но для них это всегда было сложнее — всё-таки в России действовала сословная система, и представителей низших классов власти не хотели видеть на студенческой скамье.

Основную часть студентов составляли бывшие гимназисты, поэтому в статье мы расскажем в основном о гимназических экзаменах.

Первые такие учебные заведения стали открываться в обязательном порядке в каждом губернском городе на основании указа Александра I от 24 января 1803 года. Кстати, тем же указом император велел учредить университеты в каждом учебном округе (поначалу их было всего шесть, со временем количество округов и университетов увеличивалось). По сути, гимназии создавались вокруг конкретного университета. А целью учёбы в гимназии тот императорский указ называл:

  • подготовку к слушанию университетских наук;
  • преподавание сведений, необходимых для благовоспитанного человека;
  • приготовление желающих к учительскому званию в уездных, приходских и других низших училищах (это были школы ступенью ниже гимназий).

Интересно, что на тот момент формально образование было бессословным.

Окончательный же свой вид гимназии обрели к 1828 году, когда приняли их Устав (он действовал до начала 1860-х годов). С тех пор доступ в гимназии имели только дети дворян и чиновников.

На всю огромную империю в конце XIX века работало всего 177 мужских классических гимназий, в которых обучалось 55 тысяч человек. В 1913–1914 годах гимназий было 441, а училось в них 148 тысяч человек. Так что гимназическое образование фактически было элитарным.

Существовали правительственные и частные гимназии, но подавляющее большинство составляли казённые заведения.

Изначально классические гимназии были только мужскими. Женские учебные заведения такого же типа стали открываться лишь с начала 1860-х годов. Факт их окончания не служил девушкам лёгким пропуском в университеты, так как с женским правом на университетское образование дела обстояли очень непросто вплоть до революции 1917 года. Гимназистки тоже сдавали экзамены на аттестат зрелости, но дальше учились в основном на высших женских курсах. Словом, женское образование — отдельная большая история.

Далеко не всегда гимназисты происходили из богатых семей. При этом обучение было платным — оно стоило порядка 50–60 рублей в год. Эта сумма — примерно половина или третья часть месячного жалования мелких чиновников (они получали около 120–150 рублей). Но если кормильца в семье не имелось (например, детей растила мать — вдова) или детей было несколько, то учёба становилась накладной.

В таком случае оставалось рассчитывать на попечителей учебных округов или благодетелей, жертвовавших деньги. Родители могли похлопотать о помощи в высоких кабинетах или у влиятельных людей. Тогда ребёнок получал именную стипендию, которая покрывала его образовательные расходы.

Полный гимназический курс в разное время длился по-разному. Наиболее устоялся восьмилетний срок обучения. За это время гимназисты изучали Закон Божий, математику, историю, географию, статистику, философию, искусство, основы естествознания (этот предмет называли естественной историей), политическую экономию, русский, латинский (иногда также греческий), немецкий, французский языки. Также им могли преподавать рисование, физкультуру, музыку и другие предметы.

Ближе к концу XIX века классические гимназии всё чаще подвергались критике. Звучали мнения, что программы учебных заведений перегружены, не соответствуют силам и способностям учеников разного уровня знаний. А дисциплину и обязательность выполнения предписанных норм считали слишком строгой.

Ученики Варшавской I мужской гимназии А. А. Бржезинского в археологическом музее, 1912 г. Фото: Wikimedia Commons

Экзаменационная система начала формироваться только четверть века спустя после появления гимназий — в 1830–1840-е годы. Это было связано с ростом количества желавших поступить в университеты — вместе с тем возникла необходимость в конкурсном отборе абитуриентов.

Экзамены тогда назывались «испытаниями» и использовались как для перевода в следующий класс, так и для подтверждения успешного окончания гимназии.

После 1896 года переводные экзамены для наиболее успевающих учеников отменили. Интересно, что связано это было с коронацией Николая II, в честь которой всем гимназистам сделали послабления. Довольно быстро стало понятно, что эта мера снизила успеваемость и породила представление об экзамене как о наказании. Поэтому в 1907 году Министерство народного просвещения вернуло переводные экзамены для всех гимназистов.

Выпускные экзамены назывались испытаниями зрелости. При этом главным критерием успеха провозглашалось не заучивание дисциплин наизусть, а способность ученика мыслить самостоятельно и понимать суть предмета. Однако это декларативное требование мало соответствовало реалиям. На деле, чтобы сдать экзамены, молодым людям вполне хватало удовлетворительных познаний, блестящих не требовалось. Это видно из системы оценок, о которой расскажем чуть позже.

С 1870-х годов в адрес системы экзаменов, как и гимназического образования в целом, поступало много критики. В основном, она была связана с сочувствием к ученикам, которым физически и психологически тяжело давалось окончание учёбы.

Но звучали и более практические замечания. Например, великий русский химик Дмитрий Менделеев замечал из своего богатого опыта сдачи и приёма экзаменов, что их отмена сократила бы время обучения на год. Учёный предлагал оставить только вступительные испытания в университеты, как «неизбежную необходимость», применяемую в зависимости от количества абитуриентов.

Также критики подчёркивали, что часто экзамены не достигают своей цели — проверки усвоения знаний учащимися. То есть дети учатся не для того, чтобы приобрести знания, а чтобы научиться сдавать экзамены. Что-то знакомое, правда?

Выпускные экзамены в гимназиях проводились в конце учебного года, в мае. По их результатам учащиеся получали аттестаты зрелости.

Эти экзамены сдавали ученики восьмого (высшего) класса гимназий, экстерны — те, кто не учился в гимназиях, а готовился самостоятельно, а также выпускники духовных семинарий.

В среднем экстерны составляли около 10% экзаменуемых, хотя их число со временем росло. Вокруг этой категории даже сложилась своя инфраструктура с репетиторами, обучающими пособиями и курсами.

Экзаменуемые гимназисты могли быть разного возраста: от 18 лет до 21 года. Всё потому, что переводные экзамены между классами были настолько жёсткими, что лишь один из десяти учеников добирался до выпускного класса, ни разу не оставшись на второй год.

Гимназисты, желавшие сдавать экзамены, должны были за полтора месяца подать заявление директору гимназии. Каждое прошение рассматривалось индивидуально. Обсуждался нравственный и интеллектуальный уровень молодого человека, его поведение. Руководство могло отказать ученику в допуске. Так, в 1877 году к экзаменам не допустили 57 гимназистов из-за проблем с успеваемостью и ещё двоих — «по нравственной незрелости».

Выходило очевидное противоречие: ученика должны были признать нравственно и умственно зрелым ещё до экзаменационного испытания зрелости.

Сторонний претендент на сдачу экзамена тоже должен был получить разрешение директора. Для этого следовало представить ряд документов, среди которых — автобиография («жизнеописание»), свидетельство о благонадёжности (выдавалось полицией) и полученные в других учебных заведениях свидетельства и аттестаты.

Экзамены были платными. В 1870-е годы с учащихся брали по десять рублей «в пользу экзаменаторов». Однако в случае отсутствия средств можно было подать прошение об освобождении от платы, приложив специальное свидетельство о бедности. Правда, редко кто прибегал к этой возможности.

Испытания зрелости проводились устно и письменно в зависимости от предмета. Письменные экзамены — в форме диктанта или контрольной с задачами по пройденному материалу.

Во всех гимназиях учебного округа письменные экзамены начинались в одно и то же время — в десять часов утра. Опоздавшие не допускались. Аттестации всегда предшествовала общая молитва и зачитывание правил испытаний.

На проверку письменных работ выделялось десять дней. Сначала их смотрели учителя гимназии, делая пометки на полях. В том числе комментарии могли содержать характеристику ученика. После этого контрольные обсуждались в экзаменационной комиссии, которая и выставляла оценку большинством голосов.

Если мнение учителя-предметника и комиссии не совпадали, то он в подтверждение своих слов должен был показать результаты ученика в течение года, его контрольные работы. Но чаще обсуждения велись только формально.

Результаты оглашались сразу после проверки, чтобы не допустить какого бы то ни было внешнего влияния на комиссию. Она же занималась всей бумажной волокитой и отчётностью. Например, заверяла черновые и чистовые варианты работы. Всё делопроизводство велось на бланках гимназии большей частью от руки каллиграфическим почерком, иногда — на печатной машинке.

После оглашения результатов работы проверяли в учебном округе, но уже без возможности исправления оценки. К этой работе привлекали профессоров университетов, членов попечительских советов, инспекторов учебного округа. Они анализировали сами работы и то, как их проверяли в гимназиях. На основе этого составлялись специальные отчёты для Министерства народного просвещения.

Кадр: фильм «1814»

К устным испытаниям по общему правилу допускались только те, кто успешно сдал письменные. Но разрешалось послабление, если экзаменаторы мотивированно доказывали, что в неудаче на письменном экзамене виноват случай (например, гимназист всегда хорошо учился, а тут вдруг случилась осечка). Впрочем, часто это сводилось к банальной отписке в духе: «Ученик не смог продемонстрировать свою зрелость на письменном экзамене, поэтому комиссия хочет проверить его также и на устном».

На устных экзаменах проверялся только тот материал, что был пройден в последнем классе.

Гимназисты сдавали выпускные экзамены по:

  • Закону Божию (устно);
  • русскому языку (письменно);
  • древнегреческому, латинскому и современным иностранным языкам (устно и письменно);
  • математике (устно и письменно);
  • истории (устно).

Считалось, что именно эти дисциплины лучше всего развивают мышление.

А вот экстерны держали испытания по всем предметам, так как им нужно было подтвердить усвоение гимназического минимума знаний. Поэтому экстернам приходилось дополнительно сдавать ещё логику, физику и географию. Кроме того, знания по русскому языку и математике у них проверяли более детально, чем на экзаменах гимназистов.

Русский язык

Во время экзамена по русской словесности гимназисты за пять часов должны были написать сочинение на заданную тему, выбранную учебным округом. Она могла быть связана с литературой, историей, философией или текущими социально-политическими условиями. Например, «Главные отличительные черты Пушкина и Жуковского», «Крестовые походы и их следствия» и даже «Влияние природы на человека и человека на природу». Требования к тексту: грамотность, логичность и ясность.

Математика

Испытание по математике состояло всего из четырёх задач — но каких! Бывало много недовольства по поводу сложности этих заданий (кстати, как и по физике). Критики предлагали сделать их более общими, чтобы их могли решать ученики среднего уровня подготовки. Вот пример задачи:

Некоторая сумма денег должна быть уплачена пяти- и двухкопеечными монетами. Числа дюймов, содержащихся в диаметрах монет того и другого достоинства, выражаются корнями уравнения: lg20х — ½lg (220х — 117) = 1 — lg5. Если центры этих монет будут лежать на прямой линии, а самые монеты соприкасаться друг с другом, то длина прямой будет равняться одному футу. Сколько нужно было уплатить денег?

Здесь и логарифмы, и геометрия, и даже диофантово уравнение, которое не встретишь в современных школьных программах. Предполагалось, что такая задача позволяет разом оценить знания из разных областей пройденного материала.

Гимназии сами решали, проводить экзамен за один день (пять часов) или разбить на два. Во втором случае в первый день гимназисты два-три часа решали задачи по алгебре и арифметике, а на второй — по геометрии и тригонометрии.

Классические языки

Сейчас кажется странным, что детей заставляли учить мёртвые языки. Но тогда считалось, что это побуждает учеников в дальнейшем расширять свои знания. Латынь вообще имела огромное значение, потому что в университетах многие предметы преподавались на ней.

Фактически же именно древние языки становились фильтром и камнем преткновения для тех, кто желал поступить в университеты после реальных училищ. Хотя там и давали вполне хорошее образование, оно не включало в себя латынь и древнегреческий. Осваивать их ради университета выпускникам этих училищ приходилось с репетиторами.

Экзаменационное задание по латыни и древнегреческому имело специальное название — экстемпоралий (с латинского — «неподготовленный»). Суть в том, что ученики без предварительной подготовки должны были перевести текст на русский язык. Пользоваться при этом словарями, пособиями или справочниками не разрешалось.

Вот небольшие отрывки из текстов, которые предполагалось перевести с латинского и греческого соответственно:

«В древнейшие времена римские сенаторы имели обыкновение брать с собою в заседание несовершеннолетних сыновей, чтобы они, присутствуя при прениях, заблаговременно привыкали к порядку государственного управления…»

«Александр Македонский был недоступен лести так, чтоб многие историки, которые рассказали его подвиги в панегирическом тоне, надеясь получить за это большую награду, сильно ошиблись в расчетах…»

Источник: »Современная летопись: об испытаниях зрелости в 1877 году». Журнал Министерства народного просвещения. Цитируется по: А. Забулионис. «Об испытаниях зрелости в Российской империи в XIX веке. Качество образования в Евразии».

Однако постепенно важность древних языков снижалась. Их место всё больше занимало изучение французского и немецкого языков.

Фото: Мультимедиа-арт-музей, Москва / Московский дом фотографии

Другие предметы

Все остальные испытания проходили в устном виде. Заранее сообщался перечень вопросов, которые будут в билетах на экзамене.

Ученики тянули билеты и отвечали на содержащиеся в них вопросы. Опрашивал ученика преподаватель конкретного предмета. По завершении ответа дополнительные вопросы могли задавать все члены комиссии.

Первая система оценивания успехов гимназистов была введена в 1837 году и представляла собой пятибалльную шкалу, в которой:

  • «1» означала слабые успехи;
  • «2» — посредственные;
  • «3» — достаточные;
  • «4» — хорошие;
  • «5» — отличные.

Чтобы избежать субъективности оценивания Министерство народного просвещения ввело конкретные критерии присваивания отметок. Кол и двойка были действительно разными оценками.

«Цифра 2 назначается тем, которые пройденное понимают порядочно, отвечают на вопросы посредственно, не в надлежащем порядке и на иные с помощью Испытателя; выражаются неопределительно. Наконец, цифра 1 ставится тем, которые многого из пройденного предмета не понимают, отвечают сбивчиво, пересказывают лишь вытверженное наизусть, притом со многими ошибками и неясно».

Источник: «Правила для испытания в уездных училищах и гимназиях (утверждены министром народного просвещения 8 декабря 1837 г.)». Журнал Министерства народного просвещения. Цитируется по: А. Забулионис. «Об испытаниях зрелости в Российской империи в XIX веке. Качество образования в Евразии».

Несмотря на критерии, оценивание устных экзаменов всё равно во многом зависело от отношения к ученику.

Экзаменаторы обычно скупились на хорошие отметки. Двойки были повсеместным явлением, но факт получения такой низкой оценки лишал выпускника возможности получить аттестат, только если она была поставлена по следующим предметам: Закон Божий, российская словесность, латинский и греческий языки, арифметика и алгебра. В остальном главным требованием было набрать средний балл по всем предметам не ниже трёх.

Это делало систему фактически двухбалльной: удовлетворительно или неудовлетворительно. Учеников такое положение вполне устраивало. Четвёрки и пятёрки ставили только тем, чьи знания выходили за пределы программы.

Получить аттестат удавалось не всем. Так, в 1877 году из 1776 кандидатов успешно сдали экзамены 1449 или 81,6% экзаменуемых, и 18,4% оставались за бортом. Обычно «срезались» на испытаниях по математике, русскому и латинскому языкам. Экстерны проваливали экзамен гораздо чаще гимназистов.

Возможности подать апелляцию не было. Те гимназисты, которые с первого раза не сдали экзамен, делали новую попытку на следующий год.

Даже при столь строгой системе оценивания были и выпускники-медалисты. Так, в 1877 году золотую медаль получили 83 ученика, серебряную — 103. Для «золота» нужно было иметь отличные оценки по древним языкам и математике, а также средний балл не ниже 4,5 по всем остальным предметам. Для серебряной требовались две пятёрки по этим же предметам и средний балл не ниже 4. Ну и конечно, медалист должен был демонстрировать похвальное поведение.

Фото: Геологический институт Российской академии наук

За проведением экзаменов в каждой гимназии следила специальная комиссия во главе с директором образовательного учреждения. В неё также входили учитель-предметник и представители учебного округа.

Варианты экзаменационных заданий не «спускались сверху», их разрабатывали сами члены экзаменационных комиссий. Они должны были соответствовать формальным критериям. Например, запрещалось использовать задачи, которые гимназисты уже решали во время учёбы.

Варианты заданий отправляли попечителю учебного округа, и тот утверждал один из вариантов. Его рассылали обратно по учебным заведениям в запечатанных конвертах. Их предписывалось вскрывать только в присутствии учеников и членов комиссии перед самым началом экзамена.

Как выпускные, так и переводные экзамены проходили в стенах гимназии. Для них выбирали самую просторную аудиторию, например гимнастический зал, чтобы каждый учащийся сидел за отдельным столом. Экзаменуемые должны были находиться под постоянным надзором: на десять учеников назначался один наблюдатель. Под контролем держали и всех экзаменаторов, вплоть до директора гимназии.

С собой ученикам разрешалось принести только логарифмические таблицы (на экзамены по математике). Все письменные принадлежности, в том числе листы бумаги со штемпелем гимназии, им выдавали на месте. Покидать аудиторию во время экзамена разрешалось только поодиночке. Все свои бумаги экзаменуемый в этом случае передавал наблюдателю, а тот записывал точное время отсутствия ученика.

На протяжении всего испытания вёлся протокол.

За любое нарушение правил гимназиста следовало удалять с экзамена. Вторую попытку он мог сделать только через год. Те же, кто и во время второй попытки попался на нарушении, лишались права сдавать экзамен.

Конечно, всё равно списывали. И, разумеется, бывало, что члены комиссии этого старательно «не замечали». Но если в мемуарах, публицистике и художественной литературе рассказы о списывании в гимназиях встречаются часто, то в документах экзаменационных комиссий — это, как пишут исследователи, лишь единичные случаи.

Известно, что ученики пользовались шпаргалками, списывали друг у друга и полагались на подсказки преподавателей. Директора гимназий порой могли брать взятки, притом довольно остроумным способом: предлагая родителям пари на то, что их ребёнок сдаст экзамен.

Вопиющий случай нарушения на испытаниях зрелости, сведения о котором сохранились в официальных документах, случился в гимназии Орловской губернии в 1899 году.

Тогда семерых гимназистов на экзамене по латинскому языку уличили в том, что они одинаково перевели текст слово в слово, как в хрестоматии. Члены экзаменационной комиссии закрыли глаза на нарушение, заявив, что это была лишь случайность. Директор гимназии пошёл наперекор комиссии и распространил слух, что пойманных учеников не допустят к следующим экзаменам, в результате один из нарушителей попытался шантажировать директора тем, что якобы узнал тему от его сына.

Несмотря на большой скандал, особых последствий ни для гимназии, ни для учеников эта история не имела. В целом система была скорее благосклонна к учащимся, чем строга к ним. Похоже, члены экзаменационных комиссий, если и замечали за кем-то грешок списывания, старались не выносить сор из избы, чтобы не навлекать на себя лишних проверок.

Основной задачей испытаний зрелости было доказать право гимназиста продолжить обучение в университете.

Кстати, учебные планы и аттестаты российских гимназий соответствовали европейским. Поэтому выпускники из России могли поступать и в университеты Старого Света.

Порядок поступления в российские университеты в разные десятилетия второй половины XIX — начала ХХ веков отличался. Были времена, когда выпускники гимназий с аттестатами проходили без дополнительных вступительных, но было и так, что экзамены сдавали дважды.

До 1863 года от вступительных экзаменов в университеты освобождало лишь наличие отличного гимназического аттестата. Но даже более скромные аттестаты всё равно давали выпускникам гимназий преимущество перед теми абитуриентами, которые в гимназиях не учились, — первые сдавали в университете сокращённый перечень предметов (в зависимости от выбранного факультета), а вторые — полный.

В 1863 году новый порядок установил, что в университеты допускаются все выпускники гимназий, достигшие 17 лет и имеющие аттестат (то есть отличный уже не требовался), но университетам всё же оставили право «при необходимости» назначить проведение своих экзаменов.

Фото: Мультимедиа-арт-музей, Москва / Московский дом фотографии

То есть фактически всё решалось правилами каждого конкретного университета. И они предпочитали экзаменовать абитуриентов повторно, как письменно, так и устно, потому что не очень доверяли ни уровню знаний, который давали в разных гимназиях, ни строгости гимназических испытаний. Исключение делали лишь для выпускников гимназий своего учебного округа, на выпускных экзаменах которых присутствовали представители университета. В этом единственном случае гимназические выпускные испытания фактически приравнивались к вступительным.

Набор сдаваемых предметов зависел от факультетов, а в Московском и Киевском университетах сверх того писали вступительное сочинение.

В 1873 году Александр II своим указом освободил от повторных испытаний и выпускников гимназий, и тех, кто в гимназиях не учился, но получил аттестат зрелости, то есть подтвердил свой уровень знаний, равный гимназическому. Считалось, что проведённая реформа унифицировала гимназическое образование и выстроила в них строгую систему экзаменов. Кроме того, повторные испытания в университетах занимали много времени, что вызывало недовольство.

Конечно, желающих учиться в столичных университетах было намного больше, чем в провинциальных. Поэтому в то время как в Санкт-Петербургском, Московском и Киевском университетах проводили конкурс аттестатов, в периферийных вузах в конце 1880-х — начале 1890-х годов из-за нехватки студентов упрощали порядок поступления для семинаристов.

В 1899 году министр народного просвещения Боголепов, стремясь уравновесить количество студентов в разных учебных заведениях, издал циркуляр, которым гимназистам рекомендовалось поступать в университеты своих учебных округов. Например, выпускникам казанских гимназий — в Казанский университет. Это, конечно, не обрадовало абитуриентов и их родителей, но отмена привязки к округам состоялась лишь в 1906 году. А пока она действовала, находились и лазейки, чтобы её обойти.

Так, в старших классах гимназисты переводились в те округа, где собирались продолжить обучение. Соответственно, там же они сдавали экзамены и поступали в университеты. Другой путь лежал через зачисление на историко-филологические факультеты, которые считались не очень престижными, хотя классические гимназии лучше всего готовили к поступлению именно туда. Чтобы обеспечить себе набор, эти факультеты были вынуждены принимать выпускников со всех округов. Потом студенты переводились на желаемый факультет — это было несложно.

В 1905–1906 годах из-за волнений семинаристам разрешили поступать в университеты без дополнительных экзаменов так же, как и гимназистам, а выпускникам реальных и коммерческих училищ было достаточно сдать латынь. Но в 1909 году вернулись к тому, что выпускникам иных учебных заведений (не гимназий) для поступления в университеты следовало сдать в гимназиях полный курс испытаний зрелости.

Вообще сами университеты были более либеральными, чем власти. Они стремились допускать к обучению всех, кто имел документ об образовании любых средних учебных заведений, независимо от сословия. Но негимназисты могли получить свой шанс только по остаточному принципу — после выпускников классических гимназий. Известно, что половина выпускников реальных училищ не поступала в вузы с первого раза.

Кстати, воспитанники реальных училищ, с успехом окончившие свой курс, тоже с 1867 года имели право поступать в университеты, если Министерство народного просвещения признавало их училища равными гимназиям по образованию. Такое решение принималось индивидуально в отношении каждого учебного заведения. Но для выпускников реальных училищ действовало специальное условие: сначала они поступали в «посторонние слушатели», по истечение года должны были выдержать экзамен по латыни (которую, напомним, в реальных училищах не преподавали) и только в случае успешной его сдачи зачислялись в студенты.

Кроме чиновников и врачей, стране требовалось всё больше технических специалистов. Поэтому помимо университетов, дававших классическое образование, во второй половине XIX века стали открываться специализированные институты — инженерно-технические и агрономические.

Так, в 1865 году была основана Петровская земледельческая и лесная академия (сейчас это Российский государственный аграрный университет — МСХА имени К. А. Тимирязева). Уставом 1868 года Московское ремесленное учебное заведение было преобразовано в Императорское Московское техническое училище, организованное по типу высших специальных учебных заведений (сейчас это МГТУ им. Н. Э. Баумана или попросту «Бауманка»). В 1899 году был открыт Императорский Санкт-Петербургский политехнический университет (в настоящее время — Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого). К концу столетия в России было создано 11 высших технических учебных заведений, где учились более семи тысяч человек.

Фото: Мультимедиа-арт-музей, Москва / Московский дом фотографии

Многие хотели получить перспективную новую профессию, но была и ещё одна причина популярности: в технические вузы рвалась большая часть выпускников реальных училищ, потому что им проще было туда поступить, чем в классические университеты.

Собственно, система так и задумывалась: гимназии готовили в классические университеты, а реальные училища — в технические вузы. Но она не учитывала того факта, что среди гимназистов могли быть склонные к инженерным наукам, а среди воспитанников реальных училищ — наоборот, к гуманитарным, но и те, и другие из-за сословных ограничений поступали не туда, куда хотели, а туда, куда могли.

В 1897 году максимально высокий конкурс был именно в технические вузы тогдашней столицы. Так, в Петербургский технологический институт прошение о приёме подали 1013 человек на 167 мест.

Причём профильные вузы устанавливали свой порядок поступления: где-то для гимназистов проводили конкурс аттестатов, как в классических университетах, а где-то они должны были сдавать вступительные экзамены, как и прочие абитуриенты, чтобы вуз отбирал лучших из лучших.

Например, на кораблестроительное отделение Петербургского политехнического института могли поступить только золотые медалисты. А в Институте инженеров путей сообщения с 1901 года действовала смешанная система: из шести отметок, которые в сумме давали конкурсный балл, две брались из аттестата среднего учебного заведения (неважно, гимназии или классического училища) — средняя за весь аттестат или по математике, и четыре оценки выставлялись за конкурсные экзамены по физике, алгебре, геометрии и тригонометрии.

Содержание экзаменационных заданий в профильных институтах порой выходило за рамки программ и реальных училищ, и классических гимназий, что привело к появлению целого рынка репетиторских услуг и специальных сборников экзаменационных задач.

Императорский Санкт-Петербургский политехнический университет из-за очень большого наплыва желающих проводил ещё и обычную жеребьёвку, кроме конкурса аттестатов.

Процент поступивших в эти учебные заведения выпускников гимназий составлял от 17 до 27,8.

Кроме общих оснований, в технических вузах существовала ещё лазейка под названием «набор вне конкурса» — результат влиятельных связей родителей абитуриентов. В некоторых вузах доля принятых вне конкурса студентов составляла до 30–50%.

В целом поступить в разные вузы (и классические, и специализированные) удавалось 30–39% желающих. Так, в 1897 году 72% российских абитуриентов всех вузов не прошли по конкурсу. В этой цифре учитывались не только выпускники того года, но и предыдущих лет, ведь многие делали несколько попыток из года в год. Кстати, при равенстве баллов те, кто поступал в соответствующий вуз многократно, пользовались преимуществом.

Преподаватели видели главную проблему существовавшей системы в том, что уровень абитуриентов оставлял желать лучшего. Об этом говорит тот факт, что только половина первокурсников успешно переходила на второй курс. Во многом это было связано с тем, что гимназисты быстро забывали изученное на уроках. Также нередко их оценки в аттестатах не совпадали с реальным уровнем знаний. Особенно сильно отставали в плане учёбы выпускники провинциальных гимназий.

Из-за сомнений в объективности гимназических оценок вузовские профессора считали конкурс аттестатов профанацией. Поэтому время от времени возникали разные предложения, которые, правда, так и не были осуществлены. В их числе — лишение гимназистов льгот при поступлении в университеты, чтобы все абитуриенты сдавали экзамены на равных, а также приём всех желающих, но с отсевом по итогам переводных экзаменов первого курса.

В 1896 году  попытались организовать централизованную приёмную кампанию в технические вузы. Особая комиссия Министерства народного просвещения разработала общую для всех таких вузов программу вступительных экзаменов (и она была принята), а кроме того, предложила создать единый центр приёма этих экзаменов с тем, чтобы абитуриенты могли держать испытания в несколько учебных заведений одновременно. Но второе предложение реализовано не было. По сути, это был прообраз идеи ЕГЭ.

Ну а после революции 1917 года началась уже совсем другая история, в том числе в образовании.

Источники, использованные в этой статье:

Курс с трудоустройством: «Профессия Методист с нуля до PRO» Узнать о курсе