Как группа Black Sabbath навсегда изменила музыку
2026-02-21 04:06 Diff
https://skillbox.ru/media/music/black-sabbath-music-influence/

#статьи

  • 13 фев 2025
  • 0

Без Black Sabbath не было бы дум-метала, сладжа, стоунер-рока и не только.

Иллюстрация: Bullenwächter / Guy Evans / Stefan Brending / Wikimedia Commons / Al Case / fürschtua / Flickr / Дима Руденок для Skillbox Media

13 февраля 2025 года исполнилось 55 лет с тех пор, как вышел первый альбом Black Sabbath — одной из самых коммерчески успешных групп в жанре хеви-метал. 75 миллионов её пластинок разошлось по всему миру. Black Sabbath называют титанами хеви-метала, и не зря: они не просто поучаствовали в развитии жанра, но ещё и изменили всю индустрию. Без них музыкальный ландшафт выглядел бы совсем иначе.

Может быть, группа Black Sabbath повлияла и на вас? В этой статье расскажем:

Подписывайтесь на телеграм-канал «Ты как?». В нём наши коллеги душевно и научно рассказывают о психологии и саморазвитии, а мы по выходным будем делиться там свежими подборками фильмов и музыки ?

Black Sabbath активно выпускала альбомы с 1970 по 1995 год, а затем после почти 20-летнего перерыва опубликовала пластинку «13». За это время группа неоднократно меняла участников, но было одно неизменное звено — гитарист Тони Айомми. Наиболее радикальные изменения касались вокалистов: все 1970-е в группе пел Оззи Осборн, однако затем вокалисты начали меняться раз в несколько лет. В Black Sabbath успели побывать Ронни Джеймс Дио, Иэн Гиллан и Тони Мартин.

Тони Айомми, 2009 год
Фото: fürschtua / FlickrОззи Осборн, 2012 год
Фото: Zamrznuti tonovi / ShutterstockРонни Джеймс Дио, 2009 год
Фото: fürschtua / FlickrИэн Гиллан, 2006 год
Фото: haak78 / ShutterstockТони Мартин, 2009 год
Фото: Alexandre Cardoso / Wikimedia Commons

Группа пережила немало периодов, которые отличались друг от друга не только человеком у микрофона, но и характером гитарного звука. И всё же на индустрию больше всего повлияли альбомы, записанные в 1970-е. Чем старше записи, тем они влиятельнее: именно первые три альбома — Black Sabbath, Paranoid и Masters of Reality — повлияли на огромное число групп и жанров.

Изображение: Marcus Keef / Black Sabbath. Black Sabbath. Vertigo Records. 1970Изображение: Marcus Keef / Black Sabbath. Paranoid. Vertigo Records. 1970Изображение: Mike Stanford / Black Sabbath. Masters of Reality. Vertigo Records. 1971

Чем эти альбомы так потрясали? Это был первый настоящий хеви-метал, очищенный от влияния блюза. Весь предыдущий хард-рок основывался на блюзовых тактах, сыгранных на гитарах с дисторшеном. Следы этого влияния остались и у Black Sabbath — например, в песне The Wizard и рифф, и губная гармошка напоминают тяжёлый блюз.

Однако в остальном Black Sabbath показала миру совсем другую музыку. Квинтаккорды вместо блюзового квадрата, мрачные риффы, пониженный строй гитары и баса. Эта музыка не имела ничего общего с радостным звучанием рока, которое в эпоху хиппи было свойственно другим пионерам хеви-метала — Led Zeppelin и Deep Purple. От Black Sabbath веяло чем-то невероятно мрачным, потусторонним, даже оккультным, и именно такой звук вдохновлял металлистов. Но как мы увидим позже, не только их: влияние Black Sabbath ощутимо даже в рейве.

Дум появился в первой половине 1980-х как более медленная и мрачная сторона хеви-метала. Пионерами жанра стали группы вроде Witchfinder General, Pentagram и Candlemass. Вот так Candlemass звучала в 1986 году — не нужно большой наблюдательности, чтобы заметить: Black Sabbath достигла того же звучания ещё в 1970-м.

Пожалуй, в метале до сих пор нет композиции, которой слово doom подходит больше, чем Black Sabbath, — это первая песня одноимённого альбома, дебютного для группы. Она начинается со звуков дождя, раскатов грома и колоколов. Оззи Осборн поёт о встрече с некой адской фигурой, но она не описана чётко — это просто чёрный силуэт с горящими глазами, похожий на фигуру на обложке альбома. Благодаря медленному ритму песня постепенно поглощает слушателя, чтобы в конце, когда темп внезапно ускоряется, с треском сожрать.

На основе дума в середине 1980-х также был создан сладж-метал. Сама идея жанра кажется абсурдной: в альбоме My War группа Black Flag объединила грузный звук дума и агрессию хардкор-панка. В результате получился ещё более медленный и тяжёлый жанр. Только для сладжа характерен не типичный для дума готически-театральный глубокий вокал, а визжащий и агрессивный. Продакшен максимально грязный: в записях полно посторонних шумов. Да и сами песни не знают, чего они хотят, — то плетутся как улитки, то превращаются в разжиженный панк.

Характерная черта сладжа — низкий бас, абстрактное булькание которого создаёт инфернальную подложку для всего трека. Такое не раз встречалось у Black Sabbath — особенно этим отличается альбом Masters of Reality 1971 года. В песне Into the Void бас монструозен — он напоминает тяжёлую поступь неизвестного монстра. Да и медленный, вязкий, тяжёлый рифф этой песни тоже оказал влияние на сладж.

А вот как звучали работы последователей Black Sabbath — группы The Melvins. Эта её композиция — всё равно что Into the Void на стероидах:

Интересный факт

Со сладжем плотно связан гранж — по сути, его более лёгкая версия. Группа Nirvana образца первого альбома Bleach — всё равно что The Melvins, только полегче и поспокойнее.

В начале 1990-х калифорнийские группы создали жанр стоунер-рок. Словом stoner называли любителей марихуаны, а сами музыканты вроде Kyuss и Sleep считали: чтобы воссоздать эффект этого наркотика, лучше всего подходят тяжёлые риффы. Также их вдохновляли психоделия и блюз: на стоунер-рок повлияли пионеры хеви-метала из 1960-х вроде группы Blue Cheer, которые играли психоделическую музыку, перегруженную дисторшеном. Стоунеры сочетали гитарный перегруз и другие эффекты, характерные прежде всего для психоделического рока, например wah-wah.

Однако и здесь Black Sabbath обогнала индустрию: её тяга к перегрузу предвосхитила эксперименты стоунеров. Да и марихуаной в группе тоже не брезговали. Например, альбом Masters of Reality 1981 года начинается с композиции Sweet Leaf — восторженного обращения к листу марихуаны. Замедленный, невообразимо густой рифф словно разжижает мозг слушателя.

Журналист Нейтан Смит выдвинул теорию о том, что каждый поджанр метала произошёл от разных песен Black Sabbath. Тезис яркий, но спорный. В некоторых случаях Смит пишет не про музыкальное влияние, а про эстетическое — например, дет-метал или блек-метал переняли увлечённость темой смерти, оккультные и сатанинские мотивы. Похожая история произошла и с их противоположностью — христианским металом: в песне After Forever Оззи поёт, что Бог — единственный, кто может спасти от греха и ненависти.

Но есть у Смита и более очевидные примеры, которые касаются не эстетики, а самой музыки. Не только Смит, но и фанаты замечали, как эти песни повлияли на другие жанры.

Трек Symptom of the Universe — треш-метал. Здесь Тони Айомми выдаёт свой самый убийственный рифф: он более быстрый и колючий, чем обычно. Вокал Осборна тоже звучит выше, чем в других песнях. Это ещё не так стремительно и надрывно, как первые песни Metallica и Megadeth, но для 1975 года — шаг вперёд.

Changes — глэм-метал. Пускай Black Sabbath не первая метал-группа, которая пела баллады, она сделала всё по-своему. Баллады Led Zeppelin, например, уходили в сторону эмоционального фолка. Сама Black Sabbath писала нечто мистическое и даже абстрактное, в духе песни Solitude. А вот трек Changes получился пафосной фортепианной пауэр-балладой. Музыку со схожей интонацией в 1980-е выпускали Poison, Motley Crue и другие глэмеры.

Также, как пишет Смит, Black Sabbath повлияла на прообраз прогрессивного метала. Принято считать, что этот жанр полноценно оформился в 1980-е, но и в предыдущее десятилетие многие металлисты писали длинные песни со сложной структурой: у Black Sabbath есть восьмиминутная The Writ и десятиминутная Megalomania. Поскольку в 1970-х прог-рок был везде, сложно было спрятаться от его влияния. Поэтому даже отцы тяжёлого звучания, такие как Black Sabbath, заимствовали из него некоторые приёмы. Например, включили в песни Who Are You? и Sabbra Cadabra партии синтезатора Moog — одного из главных инструментов эпохи прога.

В 1980-х детройтское техно создало основы «машинного» звука, который позже станет фундаментом для всей рейв-культуры. Однако в те годы он ещё звучал относительно интеллигентно — достаточно послушать, например, трек No Ufo’s от Model 500. По меркам техно наших дней это ещё мягкий звук, но для своего времени он казался невероятно прогрессивным. Переход к действительно тяжёлому звуку произошёл в начале 1990-х, а лидером революции стал диджей Джоуи Белтрам из Нью-Йорка — фанат Black Sabbath и Led Zeppelin.

В 1990-м он выпустил песню Energy Flash, которая сразу же задала для техно новое направление. Историк электронной музыки Саймон Рейнольдс и вовсе назвал её лучшей песней в истории техно. Energy Flash поразила рейверов пульсирующим, возбуждающим басом, гипнотическим риффом, невероятно плотным звучанием.

Далее последовал ещё более шокирующий трек — Mentasm, который Джоуи Белтрам записал вместе с другом детства Эдмундом Пересом. На рифф песни наложили эффект, который звучал как рой радиоактивных шершней или сошедший с ума пылесос. Потому этот эффект и прозвали «хувер» — в честь пылесоса Hoover — или просто «ментазм».

В начале 1990-х на основе хувера создали новое техно, которое назвали хардкор-техно. Бельгийские диджеи один за другим стали использовать ментазм, и страна превратилась в мировой центр рейв-культуры. Фанаты хардкор-техно зажигали не в красивых клубах, где висели резные зеркала, как это было в Детройте, а в помещениях, похожих на бункеры. Под песни вроде Mentasm народ отрывался в костюмах химзащиты и военном обмундировании.

Этот трек с его маниакальным звучанием — сознательная попытка Белтрама воспроизвести звук Black Sabbath. Джоуи говорил:

«Мне нравится злая, мрачная музыка — наверно, это связано с тем, что я вырос на хеви-метале. Мне нравится настроение, в которое он погружает. Он психоделичен, но без цветочков и джинсов клёш».

Источник: перевод книги Рейнольдса на русский язык

В песне The Omen (Psychomix) Белтрам использовал семплы воплей Роберта Планта из песни Led Zeppelin Whole Lotta Love. Так же делали и другие диджеи — Фрэнк де Вулф в треке Acid Rock подражал риффу Smoke on the Water. Хардкор-техно перешло на средние частоты, которые характерны для метала, а потому оказывало схожий эффект на слушателей: ломай, круши, устрой слэм.

Хотя приёмы Black Sabbath легли в основу новых идей именно в жанре техно, влияние группы можно найти и во многих других направлениях. Взять хотя бы I’ve Lost Control — классику эйсид-хауса от Маршалла Джефферсона. Это один из самых психоделичных треков в истории электронной музыки — нагромождение из булькающей перкуссии, невнятных шумов и случайных воплей будто погружает слушателя в разум сходящего с ума человека. Трек звучит как почти 10-минутная версия терменвоксовой интерлюдии из Whole Lotta Love, а своей параноидальной атмосферой напоминает любую песню ранней Black Sabbath, особенно одноимённую Black Sabbath. Джефферсон говорил, что эти две группы напрямую повлияли на его трек.

Разумеется, Black Sabbath не породила все жанры на свете, но её влияние в некоторых музыкальных направлениях неоспоримо. Группа оставила глубокий отпечаток на индустрии, вдохновила целые поколения исполнителей на эксперименты со звуком. Именно в этом и заключается её культурное наследие: без Black Sabbath ни метал, ни рейв не звучали бы так, как мы привыкли.

Научитесь: Бесплатная профориента­ция Узнать больше